Вот, Павел Петрович, эпизод, раз уж я его знаю немножко больше, чем другие. Накопили денег и пошли покупать «Победу». Значит, а продавались в Апраксином дворе, я помню, вот, в эти годы, значит, пятидесятые. Стоял ЗИМ на зеркальном подиуме – за сорок тысяч, да, сорок тысяч. Стояла «Победа», значит, на зеркальном подиуме – за шестнадцать тысяч. И стоял «Москвич», значит, за девять тысяч. Пожалуйста, приходите, вам завернут и берите с собой. Вот. Розалия Ивановна, звали, славная очень, она аккомпаниатором была у него в концертах. Как-то даже ездили вместе. И вот они идут покупать «Победу». Приходят в этот магазин. «Павел Петрович, Павел Петрович». Значит, его приветствуют и всё прочее, значит, вот, хотим… «Неет». – «То есть как нет?» – «Мы вам "Победу" не продадим. ЗИМ». ЗИМ – денег нет на это, но он говорит, признаться в этом было как-то неловко за всю нашу актёрскую братию. Что вот надо, это, вот, у тебя медали здесь висят. А денег-то надо – всё время работать, работать, вот. «Нет, нет, мы вам не продадим, не продадим». – «Но мы тысяч двадцать-то набрали ещё, вот, тысяч двадцать. А где ещё взять столько же? Вот, у нас нет». Ну, а тогда расчёт-то был наличными. Ну вот нет. «Ну, завтра приходите, приходите завтра, завтра мы, значит, продадим». И вот они с Розалией Ивановной садятся за телефон, обзванивают всех знакомых и собирают, собирают в долг, значит. Взаймы берут. Берут взаймы эти двадцать тысяч. На следующий день приходят. Ну, конечно, из одного кармана, из другого набралось, всё набралось. И он говорит: «После этого мы всё лето с Розалией Ивановной, значит, концерты, концерты, концерты». Надо было отрабатывать вот этот долг. И вот мы с сыном имели счастье кататься на этом ЗИМе, да. Павел Петрович возил, у него дача в Колтушах была. Вот, как-то мы были приглашены, он нас отвёз, привёз.