«Такое не забывается». Последняя книга Евгения Гришина

Звонит: «Гриш, помощь твоя нужна». Я говорю: «Ну, в чём дело-то? Сейчас приеду». Приезжаю, он на Песчаных жил. Приезжаю, он говорит: «Слушай, ну, вот книга моя вышла. Не знаю, куда. У тебя нет в магазинах, в книжных магазинах кого-нибудь?» Ну, не было у меня никого в книжных магазинах. Я говорю: «А что надо-то, Евгений Романович?» – «Ну, пристроить надо». – «Ну, сделаем, сейчас пристроим. Сколько?» – «Вот две пачки можешь пристроить?» Я говорю: «Да вообще ерунда. Ну, много ведь не возьмут». Он говорит: «Ну, хорошо». Я говорю: «По чём они? Я тебе сейчас отдам деньги, а потом с них возьму. Ну, чё буду». Он говорит: «300 рублей». Короче говоря, я вытащил свои деньги, отдал. Собрал эти книги, потом раздавал всем друзьям. Он ведь свою золотую олимпийскую медаль продал. Было время. Так жил, так тяжело жил. Продал золотую медаль. Но потом вернули. Кто-то нашёлся, добрый человек, который выкупил эту медаль. Говорят, что с ним было тяжело общаться в своё время. Но я говорю: мне повезло, я с ним общался, когда он был в завязке. Потом, говорят, на 75 развязал и из жизни ушёл. Ну вот, 4 года, 5 лет мы с ним очень плотно общались, очень плотно. Для меня это была звезда, самая настоящая звезда. Хотя я не видел, как он выступал. Только хроника, только хроника и этот получасовой фильм по итогам Саппоро. Сейчас бы, наверное, не знаю, сколько за него дали бы. Японцы подарили этот фильм Гришину, всем: и Шилкову подарили, и Гончаренко подарили. Он подарил его нам, нашей студии. Ну, потом один переезд, второй переезд, куда-то всё затевалось, пропало. Не пропала только память о нём, воспоминания о великом спортсмене и очень большом гражданине. «Красный флаг моей Родины в голубом американском небе». Супер.