Помимо каких-то склок в музыкальном училище, например, когда меня вызывали к кабинету директора, понимаете?.. Ну, я к этому относился как-то очень так… Ну, и вызывали – ну и что? Ну, студенчество. И потом, понимаете, в этом возрасте ты не видишь окружающий мир. Ты направлен на что-то одно. Вот клуб… А тогда клубов не было – были кафе. И вот кафе «Молодёжное», например. Мы приходили туда, отстояв какую-то очередь даже, понимаете? А в соседнем переулке, в конце соседнего переулка, был «Закат Солнца», например, понимаете? Ну, что тут можно сказать? И поэтому все воспоминания о гонениях, понимаете, в чём дело, у меня в основном бытовые. Ну, музыкальная школа – я уже рассказал, в училищах – какой-то там… А все остальные очень хорошо относились. Я имею в виду – мои педагоги. И Додон Давидович, например, тоже. Хотя я часто пропускал специальность, потому что у меня были гастроли. Но он очень хорошо ко мне относился, даже просил поиграть ему что-нибудь. А из этого всего «что-нибудь» в конечном итоге на госэкзамене я сыграл свою импровизацию, например. После высочайшего разрешения комиссии. Тоже интересно.