Моё детство на оккупированной территории

Мы были на оккупированной территории. Это Орша. 40 километров от Орши. Горки – районный центр. От Горок шесть километров была наша деревня. Они же дошли к Брестской крепости. Брестская крепость оставалась ещё несколько месяцев, и они обошли, пошли дальше. И мы были на оккупированной территории. Мне было два года. Это осенью было, летний день, я до сих пор помню этот день. Это была очень хорошая погода, солнце, все радовались, выходной день. И потом вдруг объявили: «Война, война». И всё, наши люди плакали, провожали мужей на войну. И у нас быстро пришла оккупация. Поэтому два года, год, когда немцы оккупировали нас, мы не учились. И когда нас освободили осенью 1944 года, в 1943–1944 годах, после операции «Багратион», после которой освободили уже всю Белоруссию и дальше пошли, это было весной. И так как передний край обороны был 5 километров от нас, нас эвакуировали под Смоленск. Поэтому и этот год у нас прошёл, потому что осень и до весны. И только мы возвратились домой весной. А у нас была оккупация, партизаны были: днём проходили немцы, а ночью партизаны проходили. И мы их встречали. Я хотел уйти к партизанам, но мне говорили: «Нет, подрасти, ещё мал». Как раз во время освобождения нашей деревни нашими воинами я показывал дорогу, как проехать, и сорвался с этой ямы и получил перелом. Меня лечили. Война была в шести километрах от нас. Нас освободили осенью. А только эту линию обороны прорвали весной, когда стали освобождать всю Белоруссию. И я понял, что медицина спасает многих людей. И решил пойти в медицину.