Елена Александровна Янсон-Манизер и её работы

Ну, я с ней прожила под одной крышей, в общем-то, полгода всего. Она уже очень тяжело болела. Но она всё время была занята работой – чуть ей становилось легче, она садилась за свой рабочий стол и постоянно что-то лепила. Видно, что другой жизни для неё просто не существовало. Это как человек, который дышать не может, так же она не могла без своих скульптур, без своей работы. Ну, я тогда по молодости лет не всё это понимала, я поняла это уже потом. Потому что если бы такой человек встретился мне сейчас в моей жизни, я бы, конечно, просто сидела около её ног на маленькой табуреточке и всё время расспрашивала об интереснейшей жизни, о встречах с разными балеринами, великими, в том числе. С Улановой у неё была очень большая дружба, и Галине Сергеевне Елена Александровна посвятила тридцать пять работ. У нас есть список, прямо её рукой написанный – тридцать пять работ, больших и малых. Это была её любимая модель. Образ Улановой такой немного какой-то неяркий, может быть, в чём-то боттичеллевская женщина – правильное лицо, красивое, чистое. И в то же время она не могла не откликнуться на талант Плисецкой, которая завораживала своими танцами. Много работ посвящено Галине Сергеевне. Здесь практически весь советский, ну, не весь, может быть, но, во всяком случае, звёзды, начиная с Вагановой и довоенный Ленинградский балет, ещё тогда Кировский театр. Елена Александровна посещала его, и ей была интересна фигура человека в движении. Человек в движении – это был её конёк. Все её чудесные работы – это не просто отвлечённые балерины, а конкретные балерины в конкретных образах на сцене. Там мы видим и Одетту, и Джульетту, и массу других, и также мужские партии. Но она очень любила работать с натурой. Как правило, есть большой пласт. Я хочу издать книгу о балете, где будут работы Елены Александровны и плюс артисты, которые ей позировали. Кто находил время, приезжал. Они потом были счастливы, что позировали ей, и остались эти чудесные работы. Балет ведь очень трудно передать, чтобы он был… Там легко впасть в какую-то слащавость, в салонность, в пошлость. Я видела столько отвратных работ на эту тему, просто бездарнейших, а это именно скульптуры. Причём каждая из них может быть и в большом размере. Небольшую увеличь – она также будет прекрасна. И этому есть несколько вариантов, которые Елена Александровна смогла, к счастью, при жизни осуществить сама, пролепив, например, из небольшой работы уже большую. Вот там есть где-то. Да, вот, там Майя Михайловна – небольшой эскиз и законченная большая вещь, которая была ещё и в бронзе отлита. Кстати, по просьбе самой Майи Михайловны. Это всё было сделано из её собственного энтузиазма, потому что не то, что это был заказ – лепить конкретную балерину. Нет, просто нравилась эта тема, она, видно, заболела балетом, потому что сначала у неё работы были посвящены спорту. В 20-ые годы её чудесные призы на спортивную тематику: прыжок в воду, баскетболистка, футболист. Это идёт даже охота за этими отливками тех лет. Они были выпущены в таком лёгкоплавком металле, каждый тираж – 100 штук. И они так быстро разлетелись тогда, что Елена Александровна даже себе не приобрела. У неё есть всего только две работы, а их было четыре разных, на разную тему. Продавалось несколько работ. Насколько я знаю, продавалась «Уланова сидячая», знаменитая работа. И её уже в наши годы кто-то, я читала, привёз на «Сотбис», и хороший фарфоровый отливок был там продан. Но, в общем, тогда не было такой культуры приобретать такие небольшие работы. Потом они были дорогостоящие всегда. Было какое-то количество коллекционеров, наверное, но в принципе она это всё делала, и ставилось на полку в основном. Это не были какие-то заказы – сделайте конкретную балерину. И даже большая «Уланова», которая сейчас стала образом мирового балета, потому что в Швеции стоит её работа.