Мамины коньки и папин пример

Я во дворе гонял на маленькой площадке с утра до вечера с ребятами. Увижу, кто-нибудь придёт на площадку – я тоже туда тут же летел и на коньках катался. У меня мама конькобежным спортом занималась. Снег только выпадет и пруд замёрзнет – я одевал её коньки конькобежные, у неё размер небольшой был. Валенки туда вставляли, завязывали, и я по дороге, или за автобус прицепишься, там автобусы ходили, или по снегу так. Потом уже на пруду катался. А отец у меня играл за мужскую команду Васи Сталина в русский хоккей. Там были мужские, первая, вторая мужская команда. И в хоккее тоже самое было потом. Вот он играл, у меня… Он один раз за мной пришёл в детский сад. На Селезнёвке детский сад был от Центрального универмага, мама работала там с 16 лет. Мне говорят: «Слава, иди, папа пришёл за тобой». Я выхожу, где вход, ну, в фойе, стоит офицер, лётчик, в лётной форме. Думаю: «Какой папа?» У него нос набок такой, вот такой синячище. Видно, его палкой там долбанули, я его вообще не узнал. Ну, и у меня вот эти клюшки, шарики – я мотал. А вот на Октябрьском поле уже с утра до вечера мы на маленькой площадке катались. Я, кстати, недавно зимой приезжал, чего-то там осталось чуть-чуть льда. Сейчас же не дают эти шланги. Раньше в домоуправлении дворник был – он и лёд заливал. Мы не давали ему, сами чистили, сами заливали, сами всё отполировывали, чтоб лёд был хороший. А летом – баскетбол, там баскетбольные кольца были, и в футбол играли. Потом, когда Лужков был мэром, он стал делать площадки: хоккейные площадки и баскетбольные щиты. В тех, например, где я жил, на Октябрьском поле, там в этих площадках сугроб по колено был. Там вообще никто не ходил.