Дедушкин художественный метод в 1930-е годы

Ну, потом был ещё ряд таких работ импрессионистических. Картина «Стадо» для выставки «Пищевая индустрия» – сейчас она в Екатеринбурге, большая такая. Там бык выступает не быком, а Зевсом каким-то прямо, понимаете? Это не мясо-молочная тема, а тема величия природы и единения природы и человека. Там сухонький старичок стоит в качестве пастуха, а во всю длину холста – бык, поразительный совершенно, действительно божественный. Потом была тема специально купленного красного зонта. В «Росизо» есть «Урок ботаники» – картина, где красный зонт на просвет солнца. Под ним учительница в белом, и на этом белом удивительные рефлексы от солнечной травы, от красного зонта, от голубого неба, от букета цветов, который она держит и как бы показывает окружившим её самым пёстрым под солнцем детям. Там что-то о каких-то особенностях… Это неважно! Важно, что всё залито солнцем, и сам предмет живописи явлен именно живописью насыщенной, цветной. Когда кадмий красный можно было класть прямо, и он не выпадал из холста, а держался там – не надо было никаких усилий, чтобы удерживать ярость краски, чтобы она не выглядела неприятно сырой. Это очень большая тактика. И согласование самых ярких цветов: можно сыграть на сближенных тонах – скажем, все тёплые, все чуть потонут, тут коричневая, красно-коричневая, чуть холодноватый оттенок, и возникает благородство. Можно на холодных – голубовато-серые, как в «Купании коней», всё на холодных, и вдруг этот с красным зонтом – гармония на крещендо цвета, знаете. Очень интересно. Это он в данном случае импрессионизм вывел, наверное, на самую большую картину, которая была написана таким методом – с бешеным напором, но обдуманным. Хотя он кажется таким, но всё шло, как и весь его метод работы, через этюды. «Сначала я насобираю, насобираю, насобираю материал, как это самое: мы покупаем морковку, картошку и свёклу, а уж потом варим борщ. А не сразу как-то там, мы сначала кастрюлю с кипятком ставим». Так и здесь.