Какими качествами должен обладать геолог

Геология – она требует всяких людей, но молодых – прежде всего. Потому что здесь надо иметь такое бычье здоровье. Именно бычье, потому что надо ходить, перепады высот, надо ходить, набирать фактический материал. Надо жариться на этой жаре 50 градусов, либо документировать на ветру, в минус 25, канаву какую-нибудь. А её надо документировать, и там ещё надо записать карандашиком, сделать цифровое фото сегодня. Это далеко не все [на это способны] – воля должна быть. И вот одно из самых важных качеств геологических исследователей, людей, – это должна быть глубочайшая порядочность. Геология просто физически не может терпеть лжи. Потому что я вот детям говорю, студентам: «Ну, как это: я пойду в маршрут, буду описывать обнажения, мне надо взять камень, а я заленюсь, я лягу и посплю, и за этой точкой не будет наблюдения. Или я её привяжу неправильно, или сделаю кое-как, или образец назову его другим именем, а не известняком или гранодиоритом?» В общем, нельзя врать. И краснеть. Нечего! Да, первооткрыватель, да, это имя, да, это здорово. Все хотят быть первооткрывателями, да, это очень здорово! Но это очень небольшие деньги.... Геология – это такая отрасль, когда надо вжиться в неё, ну просто вжиться. Потому что ты должен мыслить по 7D. Вот люди знают, что такое 3D – это X, Y, Z. Ну, все должны вроде как знать. Я добавляю геологическое, историческое время, 4D. И такие работы есть, но очень мало, потому что вписать геологическое время очень трудно. Археологическое-то трудно. Современное – уже врут, уже трудно, ну, я имею в виду десятилетия. Вот сейчас я рассказываю про 60-е, 50-е, 70-е года, а уже это вытерто, уже этим детям – они даже… Ну, кто-то стесняется рассказывать, а кто-то и не расскажет, потому что поколения-то уходят. Сейчас поколение вообще короткое, 20 лет, а не 25. Ну, короче, вот интересно, что время… Но всё-таки пытаются сделать исторический анализ, потому что есть такой принцип актуализма в геологии, который говорит, что то, что я могу сейчас наблюдать, то и было раньше. А вот 2.7 миллиарда лет назад, ну, может быть, 2.8 миллиарда лет назад – не было такого, как сейчас. Совершенно другое было, абсолютно другое. Это мы должны походить ногами по Венере. А там ходить нельзя ногами, потому что там 200 градусов на поверхности и чуть ли не серно-хлоридная там обстановка. И там радиация высокая. Да… Я должен вот теми… Тогда так было на поверхности земли. И в недрах уж никто не знает, это с мантией с этой сколько там гипотез. Тем не менее геолог должен это представлять. И ещё почему 7D. Давайте возьмём: он должен быть химиком обязательно. И я вообще очень не люблю ребят, которые забыли аббревиатуру даже: скандий как написать, либо америций, либо там, допустим, неодим какой-нибудь. Ну, это просто стыдно. Ребят, вы что, мы же занимаемся экологией, геоэкологией, геохимией, поиски проводим, находим вредные примеси, как мышьяк допустим или сурьма в золотых рудах. И полезные примеси, как вот в урановой руде золото, например, это вот алданские месторождения, там прям вот это. Или в Северной Австралии такие месторождения отрабатывали. То есть ты должен знать это, это твоё, это химия, химический язык. Ну, конечно, ты должен быть и физиком, потому что все геологические процессы – они физико-химические, но они физические. Эта сейсмическая волна как пройдёт, или у неё будет разрыв, и когда он произойдёт. Я вот волею судеб в 10-ом году очень хорошо общался с нейрохирургом. Анатолий Михайлович Киселёв из вот этого, МОНИКИ. Великолепный, один из пяти-семи современных хирургов мира. Он трепанацию черепа делал, а это всё-таки не шутки. И мы с ним общались, а я в это время, это был 2010-й год, я работал с моделью хрупких нарушений твёрдой среды, это иркутская лаборатория сделала. У меня книжка была в руках. «А что это у вас?». Я говорю: «Да вот, как горная порода начинает ломаться». – «Ой, а что это?». Я ему в двух словах сказал что. «А можно я её посмотрю?» Человеческая косточка ломается точно так же, как горная порода. Точно так же. Сначала идут мелкие трещины, потом трещины объединяются в одну, а потом по ней идёт смещение. И все эти вещи, которые делают они, медики, с ультразвуковым задиром, я делал то же самое на горных породах. Ну, правда, я ещё нашёл там взрывные структуры, это уже другое дело. Вот ведь какая штука. И как в медицине надо знать и какая история, и какая генеалогия, и какая генетика, так и здесь – надо смотреть исторически, поэтому получается, что химия, физика… Плюс математика – как же без формул-то, как же без строгих чисел. Это просто никак.