Коньяк и сигареты на орбите

Тоже интересная история. Как раз я был на Байконуре, и летали Владимир Ляхов и Валерий Рюмин, тоже мой приятель. И вот готовился очередной полёт, мы на Байконуре топчемся на этой площадке, она называлась номер 17, сейчас её называют гостиница «Космонавт». И подходит ко мне врач экипажа и говорит: «Слушай, у тебя машина есть?» А мне давали как раз там машину специально. Сначала, когда Фокин был – он прихрамывал, такой красавец, барин – ему давали «Волгу». Потом, когда Фокина по разным политическим причинам отправили, наказали, отправили собкорром в Грецию… Если бы меня так наказали, я бы не считал это наказанием. И заступил Саша Тихомиров и я, и стали давать «Жигули», а потом уже сказали: обойдутся. В итоге я уже ездил на «ГАЗике», но с водителем, всё как положено. Он был брезентовый, жарко там, кондиционера, конечно, нет. И врач говорит: «Машина есть?» Я говорю: «Ну, там за воротами стоит». – «Слушай, давай съездим в магазин?» Я говорю: «Ну, давай съездим». Подъезжаем – обыкновенный магазин. Я говорю: «Что такое?» – «Да завтра отправляется “Прогресс” на станцию, я ребятам хочу коньячку купить». Я думаю: ну, может, в космос какой-то особый коньяк, из каких-то погребов. Ни фига. Приезжаем в магазин, тогда стандартные такие были конструкции – скошенная крыша, как сарай, стеклянные большие витрины. Заходим, покупаем. Тогда он стоил, по-моему, 8 рублей 12 копеек, коньяк «Апшерон» трёхзвёздный, азербайджанский. Я говорю: «И как?» Он говорит: «Ну что как, сейчас этикетку сдерём, спиртиком обработаем, чтобы заразу никакую не занести, и туда». Кстати, хорошо, что он дешёвый, потому что там пластиковая пробка. Если бы была пробковая, то как её выковыривать? Ну и всё, упаковали в какие-то мягкие тряпочки и отправили на станцию. Я всё ждал, когда они вернутся, чтобы спросить: «Ребята, как вы там это всё делали?». Они вернулись, поехали отдыхать куда-то на Истру, там у них был свой дом отдыха. Мы приехали с Тихомировым, я спрашиваю: «Ребята, а как?» Он говорит: «Ну как. Ляхов – он такой маленький, кругленький, а Валерий высокий, худой. Значит, открываешь эту пластиковую пробку, пальцем закрываешь горлышко, поднимаешь от потолка, потом отталкиваешься. И в момент удара о пол ты глотаешь. Я успевал четыре глотка сделать, а Валерка только три». – «Вова, а хочешь, я расскажу, кто тебе сказал?» – «Да ну, зачем, ну что?» – «Да нет, ребята свои. Я тебе сказал: ещё раз рекорд поставишь – я тебе вообще запрещу пить на станциях». То есть вот это они там себе такого позволяли. Кстати, Рюмин, когда улетал, он взял с собой пачку сигарет – он куряка был страшный. Кстати, врачи ему тогда говорили, что стресс от бросания курить значительно серьёзнее, чем если раз тебе это пока ничем не мешает – ну, кури. Он взял с собой пачку и уже прилетел туда. Это в ЦУПе рассказывали сотрудники. И говорят: «Ночью, может, я покурю?» Ему отвечают: «Валер, ну, покури. Правда, мы не знаем – может, там есть утечки кислорода. Если закуришь – и вместе со станцией в мелкую пыль. Или там же датчики стоят, датчики дыма. Значит, либо куришь, либо какие документы жжёшь. А какие документы ты жжёшь?» Тут уже заинтересуются представители спецслужб. В общем, в итоге он так и не закурил.