Арфа, жена и невеста Сергея Параджанова

У него была замечательная жена Светлана. Очень красивая, прямо как Роми Шнайдер. Дочка нашего посла или какого-то крупного дипломата. В общем, он её чуть ли не в 16 лет увёл из дома. По украинскому кодексу в 16 лет уже можно выходить замуж. Вдруг ему пришла такая блажь: Светлана должна играть на арфе. Чтобы приходили гости, а жена садилась и играла на арфе. Арфа — сложный, тяжёлый инструмент, его не всякий музыкант освоит. Тем более, что смысла продолжать учиться как профессиональный арфист не было. Но для гостей играть она должна была. Купили шикарную арфу. Светлана очень мучилась с этой арфой. В конце концов, были страшные семейные сцены: «Как ты не можешь? Арфа, арфа! Ты что, на арфе не можешь играть?» У меня, кстати, есть книга о Параджанове, изданная в серии «Жизнь замечательных людей». Там много описано о том, как Светлана мучилась, как он мучился, и так далее. В итоге брак долго не продержался. Хотя они остались друзьями. Ближайший друг его — Светлана. Самый тонкий, понимающий, помогающий человек. Они перестали быть мужем и женой, но остались на всю жизнь верными друзьями. Есть один юморной эпизод, о котором хочу рассказать. Стараюсь с юмором, но это действительно редкий случай, знаю из первых рук. Сергей Иосифович вдруг решил жениться. Жена. Если вы когда-нибудь видели пробы ко второму фильму «Киевские фрески», там она фигурирует. На дворе 65–66-й год. Она в красном облегающем трико, крутит хулахуп — сексуальное зрелище, особенно для тех лет. Потом она подходит кошачьей походкой, в этих красных колготках или трико, делает укол герою. Актрису звали Зоя Недбай. Он сказал: «Хочу Зою Недбай, она будет моей женой». Он забрал директора, художника-постановщика, оператора, а мы остались в армянских горах снимать. Там, под самым небом, запретные монастыри, замечательная архитектура — Ахпат и Санаин. А он уехал в Киев, чтобы привезти невесту. Мы ждали с нетерпением, когда её привезут. Но наш директор картины был юморной человек. Приехал и сказал: «Зои Недбай нет. Есть Зоя Гудбай». Он привёз невесту в Тбилиси показать маме. Мама — настоящая тбилисская армянка, крепкая, патриархальная, сказала: «Чтобы эта проститутка ко мне в дом не заходила!» Короче, долго думали, смел он или нет. Перед мамой струсил. Зоя Недбай не доехала до Ахпата и Санаина, где должно было быть венчание по всем правилам. Она сказала: «Гудбай» и уехала обратно в Киев. Вот такая история.