Задачи, которые решил Аркадий Мигдал

В 50-х годах Мигдал первый придумал важность фононов, это колебания в чёрном теле. И все знали, что он этим занимается, но как-то Ландау считал, что ещё недоделанная работа. Но когда стало понятно, что это то, чего требуется, Мигдал рассказывал, что он встретился с Померанчуком зимой, и Померанчук снимал перед ним шляпу. Для него эта была очень высокая награда. Потому что Померанчука, вообще двоих людей он называл святыми, это Померанчука и Сахарова. Померанчука за чистоту в науке, то есть, абсолютную непредвзятость мнения и честность, научную честность. А Сахарова, ну, это отдельный разговор про Сахарова. Дальше была задача о многократном рассеянии. Сложная задача. Качественно, идея принадлежала Микаэляну, потом были Померанчук, Ландау, они построили качественную теорию. Но как это сделать было количественно, было не понятно никому. И на спор Мигдал взялся решить эту задачу, и быстро её решил, написав кинетическое уравнение для описания этого эффекта. Эффект очень сложный. Это когда длина волны какой-то частицы перекрывает много центров рассеяния. То есть, как будто бы это частица, хотя она частица, рассеивается сразу на всех центрах, не отдельно на каждой, то есть, не по элементам, а сразу на всех. Вообще, Мигдал считал чудом то, что нельзя привести к элементам. Вот эта задача не приводилась к элементам. Сейчас этот эффект стал назваться Ландау – Померанчук – Мигдала. И в 1995-м году в стэндфордском, в Стэнфорде экспериментально он был подтверждён. А это был где-то 1955-й год. До этого были работы с Галицким, как я говорил, вот была построенная теория гринистика (функция Грина) для ферми-систем. Отсюда пошли названия «особенности Мигдала – Кона», «функция Мигдала». При этом, вообще говоря, эту функцию на Западе называли и называют функция Линдхарда, но Мигдал сделал это раньше. И потом стали разбивать эту функцию на две симметричные функции. Вот каждая из этих симметричных функций стала назваться функцией Мигдала. Да, вот этот эффект внезапности возмущений стал называться эффектом Мигдала. И сейчас во многие статьях, посвящённых поиску тёмной материи вот по этому эффекту отдачи быстрой частицы на ядрах, ну, надеются, что, может быть, можно будет увидеть какие-то проявления вот тёмной материи. 1957-й, 1958-й, наверное, год. Мигдал занимается, в 50-е годы занимается сверхпроводимостью. Это была очень важная задача. Появляется в 1950-м году статья Гинзбурга и Ландау «Феноменологическая теория». Тогда было не известно, что является переносчиком сверхпроводимости. И в этой статье основа Нобелевской премии Гинзбурга. Гинзбурга потом рассказывал, что он, анализируя данные, видел, что заряд частиц, которые переносчики сверхпроводимости, лучше бы, чтобы они были с зарядом 2 или 3. Ну, как оказалось потом, что это пары электронов, то есть заряд 2. Но Ландау аргументировал, что заряд не может быть кроме, как единица. Ну, за этим были аргументы. Но, но жизнь распорядилась иначе. А описания микроскопического эффекта сверхпроводимости не было. Мигдал взялся за эту задачу. У него были уже описания фононов, как я уже сказал. Это очень важная вещь для теории Ландау бозе-жидкостей. И вот две статьи, которые, по которым Ландау получил Нобелевскую премию. В 60-е годы в Курчатовском институте с группой учеников Мигдал строит теорию конечных ферми-систем для ядра. Ландау принадлежат вот те две работы, о которых я говорил. При этом в одной из них, «Бозе-жидкость», есть ссылка о том, что: «На фононы, на роль фононов мне указал Мигдал», которая есть вот в этой книжке «Воспоминания» Полякова (очень известный физик, который сейчас в Принстонском университете в Штатах работает). Значит, с его слов, это, ну, главное место в теории бозе-жидкости. И вот в 1965-м году вышла книга Мигдала о конечных ферми-системах, вот которая подытожила вот этот период ядерной физики. Значит, функции Мигдала, потом параметры Ландау – Мигдала появились.