Разные версии гибели Юрия Гагарина

Есть такая версия про убийство. Вы знаете, официальная версия долго работала над ней Леонов и Белоцерковский. Это замначальника Академии Жуковского. Он был руководителем дипломной работы Гагарина. И Гагарин был его любимым учеником. Он очень часто к нам сюда приезжал, Сергей Михайлович, этот. Он очень тепло относился к бабушке, очень тепло. Дедушки уже не было, он умер в 73-м году. А вот к бабушке он настолько вот тоже тепло относился, вот. И мы, музейные работники, очень хорошо относились к Сергею Михайловичу. Я и дома у него была, не один раз. То есть, человек, который безумно любил Гагарина. И они занимались тоже расследованием его гибели. И даже у них, это самое, тоже есть книга «Гибель Гагарина». Но у них версия какова? Что где-то схулиганил лётчик СУ-шки, он резко прошёл рядом с самолётом Гагарина, тот попал в штопор, и уже… А высоту облаков, там же метеозонд летает. И проверяли высоту не в зоне пилотирования, а в зоне КПП. Разница в высоте облаков была очень разная, это самое, большая разница была. То есть на борт пошли неправильные данные. А как мне лётчики объясняли, вот эта МИГ-15БИС, у них подвесные баки есть, которые очень мешают показаниям приборов. Я не технарь, мне очень трудно понять, но как объясняли мне лётчики, что в момент, когда они в штопоре падали на землю, они думали, что у них уже запас высоты. То есть они пытались вывести самолёт из этого штопора. Когда из облаков вынырнули, понятно стало, что там уже ничего не сделать. Но, когда Белоцерковский и Леонов эту версию, значит, свою излагали в Звёздном Городке, я была в тот момент. Там были, конечно, в доме офицеров, одни, можно сказать, лётчики. Гражданских было мало, в основном лётчики были. Все очень внимательно слушали, но, знаете, когда что-то, какие-то сомнения или что-то такое, по залу идёт вот такой шорох, шепоток какой-то, лёгкий, лёгкий, лёгкий. Но он шёл по залу, вот такой шепоток шёл по залу. То есть лётчики не поверили в эту версию. И что там случилось, известно, наверное, только одному Господу Богу. Что там произошло, но Валентина Ивановна никогда не верила в случайность. И мне кажется, что и народ не поверил. Потому что, когда разговариваешь с людьми, все говорят: «Не может такого быть». Чтобы это была случайность, трагическая случайность. Поэтому, может быть, когда-то мы и узнаем, а может, некогда. Эта тайна так и останется тайной. Кто знает? На этот вопрос, кому он мешал, мне кажется, он занимал свою нишу на замначальника центра. Да, ему должны были присвоить ко дню космонавтики звание. Он же закончил Академию с отличием, в ординатуру поступил. И ему должны были присвоить генеральское звание. И я думаю, что он явно бы занял место начальника центра подготовки, это было понятно всем. Но я не думаю, чтобы это как-то повлияло. Не знаю, я не знаю, мне кажется, человек, который занимал, именно занимал свою нишу, он ничью не занимал. Он достоин был этой должности, которую занимал. Не могу понять. И такой человек, который столько добра людям делал, неужели он кому-то мог мешать? Трудно в это поверить.