И после этого мне позвонил Зураб Соткилава и предложил поставить «Медею», оперу Керубини для Маквала Касрашвили. Предложил поставить её в Кутаисском храме, знаменитом, где крышу когда-то снесло ещё артиллерией Тотлебена. Храм назывался Багратий. Там как раз проходил какой-то музыкальный фестиваль, и меня пригласили на него, чтобы я заодно посмотрел храм. Он находился под Кутаиси. Я посмотрел этот замечательный храм, там был и Соткилава. Я был на концерте, а рано утром нужно было возвращаться – автобус в 8 утра. Храм был замечательный, я уже стал всё сочинять себе. Автобус сделал остановку на перевале, я съел две чурчхеллы, потому что не завтракал, и где-то в 10 или 11 утра оказался в Тбилиси. У меня в тот вечер самолёт. Думаю, куда деться: пойти и сбросить сумку в номер отеля или сразу на рынок. Был май, хотелось прикупить что-нибудь в холодный Свердловск, а с другой стороны – я голодный. Судьба вела, думаю, пойду на рынок. Иду, вдруг вижу на противоположной стороне блинную. Думаю, быстро заскочу, что-нибудь съем и пойду. Заскакиваю, там стоячие столики, покупаю порцию блинов. Начинаю есть, и к мне подходит мальчик, хорошо одетый: «Дядя, дай блин». Для меня это было неожиданно – дети в Грузии настоящие цветы жизни, на них никто не кричит, руки не поднимает. Я протягиваю блинчик, он берет. В это время к столу подходит человек с видом городского сумасшедшего, в коротких брюках, с перышками в бороде, с тарелкой, с кофе. Спрашивает: «Можно?» – я говорю: «Пожалуйста». И тут мальчик снова подходит: «Дядя, дай ещё блин». Человек говорит: «Иди отсюда, кому ты даёшь?» Я не понимал, кто это. Он объясняет: «Ты же видишь, как у нас дети, они всё выпросят». А сам продолжает расспрашивать меня. Мы допиваем кофе, доедаем блины, и он спрашивает: «А ты кто?» Я говорю, режиссёр. «Ты режиссёр? Потрясающе!» – говорит он. Я уточняю: оперный. Он спрашивает, что видел здесь. Я говорю, генеральную репетицию у Стуруа в театре «Король Лир». Он спрашивает, понравилось ли. Я говорю: да. «А что именно?» – «Так, начинается…», и начинаю рассказывать подробнее. Он говорит, что ему не понравилось. А я ему: «Слушай, разве сегодня Шекспира можно кричать?» Он смотрит и спрашивает: «Ты теперь знаешь, с кем разговариваешь?» – я говорю: «Вы Сергей Параджанов?» Он: «Да». Это была мистика, я даже не знал, где он живёт. Я видел его фильм «Тени забытых предков», «Ашик-Кериб» – потрясающе. И я провёл с ним сутки. Он спрашивает, куда я иду. Я говорю, купить что-нибудь. Он: «Где твой отель? Пойдём, прогуляемся». Мы идём, он расспрашивает, я отвечаю. Он говорит: «Тебе не надо уезжать сегодня вечером?» Я говорю, что мне не хотелось бы, чтобы билет пропал. Он решает переделать билет на завтра. Я зашёл в отель за сумкой, купил бутылку коньяка, фрукты. Потом думаю, зачем тратить время, если он билет переделает – утром успею сбегать. И прихожу к нему. Мы провели полдня вместе, на следующий день ещё полдня. Кроме того, что я убежал в отель переспать, я провёл с ним время у него дома. Это было совершенно незабываемо.