Работа с Дмитрием Борисовичем Кабалевским

С Дмитрием Борисовичем работалось безумно легко, он был очень добрый по натуре человек, вспыльчивый – да. Я вам должен рассказать один маленький, так сказать, нюанс его биографии. Это было возобновление, вторая постановка оперы «Кола Брюньон» постановки Эмиля Евгеньевича Пасынкова. И Эмиль Евгеньевич Пасынков самовольно, не предупреждая Кабалевского, переставил музыкальные номера местами, потому что у него было своё видение, своя концепция. И когда Кабалевский приехал на фортепианный прогон и увидел, что, так сказать, нарушена его партитура, нарушен порядок музыкальных номеров, которые он поставил в определённом порядке, то был жуткий скандал. И прилетела, на следующее утро уже в театре была Екатерина Фурцева, министр культуры, которая свела этот скандал, она погасила его. Она уговорила и того и другого сделать так, как они хотели, но чтобы это устраивало и противоположную сторону. Вообще я должен сказать, что она была удивительный человек, и, конечно, я с огромной теплотой вспоминаю о ней, я её видел несколько раз в театре, и, вы знаете, она достойна уважения, достойна светлой памяти. Что касается Дмитрия Борисовича, то это, пожалуй, был единственный случай, о котором я могу сказать, что он вспылил, потому что он был, я повторяю, безумно добрым человеком. И он всегда говорил то, что не могло не понравиться и не повлиять на исполнителя. Он всегда говорил: «Если бы вы попробовали сделать так, то, может быть, это привело бы к более значимому результату», – то есть не просто диктовал как композитор: «Вот это, это, это, это, это». Но надо отдать должное, что здесь ещё, конечно, сыграли большую роль те концертмейстеры, с которыми я работал во время встреч с тем же Кабалевским. И именно они сыграли огромную роль тоже, потому что я выучивал материал с ними. И они, поскольку были очень опытные люди, могли подсказать, что нужно делать, на что обратить внимание, какая фраза должна быть, где кульминация, где какой нюанс сделать, и: не забудьте об этом спросить у Дмитрия Борисовича, согласен ли он с этим нюансом. И в 99 процентах оказывалось, что он действительно соглашается, потому что эти люди – они также, как педагоги, когда ты заканчиваешь учебное заведение, и ты уже не занимаешься с педагогом, то концертмейстер становится твоим вторым педагогом, твоим ухом. Это очень важно.