Мой отец, Николай Корнеевич Чуковский, и его знаменитый папа

Отец мой был начинающий молодой писатель, он был сыном уже известного тогда писателя Корнея Чуковского, Корнея Ивановича, который был известен народу в основном по детским сказкам, типа «Мойдодыра», «Айболита», «Муха-Цокотуха». А вообще в литературных кругах, ещё с дореволюционных времён, он был известен как очень яркий, интересный литературный критик. Он был другом Максима Горького, другом Александра Блока, очень поддерживал Маяковского молодого. В общем, был очень такой человек, яркий, интересный в литературных кругах. А в начале, в первые годы советской власти это было никому не нужно, и он для заработка, как он сам рассказывал, придумывал без всякого труда детские сказки, которые принесли ему народную популярность. В 20-е годы как раз, когда я родилась, он был не популярен, он не нравился правительству, хотя он был человек, конечно, левых взглядов, друг Максима Горького и Блока, понятно. Тем не менее, он чем-то не угодил тогдашнему начальству. А что касается детских сказок, то против них выступила сама Крупская, которая говорила: «Что это такое? У вас комар – герой, а на самом деле это гадкое, вредное насекомое». В общем, Корней Иванович вовсе не был в состоянии благоденствия, и папа мой, молодой писатель, пробивал дорогу сам. Кроме того, Корней Иванович сам считал: он сам пробился, он был так называемый кухаркин сын, он был человеком из народа, и мать его была действительно крестьянская женщина, работавшая в городах там у господ какой-нибудь прислугой – даже он не мог кончить гимназии из-за своего происхождения, был самоучка – и считал, что его дети тоже должны пробиваться сами. Но, собственно, в 20-е годы особенно помогать моему папе ему было и нечем: у него были более младшие дети на руках. А печатать, как я уже сказала, его почти не печатали. Вот в это время я родилась в Ленинграде, в своём дорогом родном Ленинграде. Ну, конечно, эти первые пять лет я не помню, но начиная с 30-х годов я уже помню: папа к этому времени стал печататься, написал несколько интересных повестей о великих мореплавателях русских и нерусских, о капитане Куке, о капитане Крузенштерне, о Лаперузе, о Великих географических открытиях, его стали печатать. Кроме того, он занимался, благодаря Корнею Ивановичу, который самоучкой когда-то выучил английский, и выучил Корней Иванович своих детей английскому, и папа делал переводы английских писателей, которые печатались и, таким образом, как-то самостоятельно вставал на ноги.