«Министр писателей» Александр Фадеев

Фадеев приходил, читал «Молодую гвардию», это ещё была война. Я хорошо помню, как он читал и какое место читал. Мне это было не очень интересно, но мне подарили книжку в Доме творчества писателей, где изображены были, видимо, фашисты или обезьяны. Мне очень хотелось спросить, я ещё не читал. Фадеев писал это с увлечением, давно ничего не писал, конечно, он там почти всё придумал, не разобравшись во всей ситуации. Тем не менее, эту книгу читал каждый, в школе и так далее. И, собственно, после этого он ничего больше не написал. А то, что переделал, скорее, испортил. Но сам Фадеев всем очень нравился. Это была находка - он был как «министр писателей», человек, который пел, выпивал, его обожали женщины. Много женщин, всё это было в Переделкине. Когда я слышу слово «стандартный», я вспоминаю наш «стандартный» дом барачного типа, в котором тоже жили некоторые писатели. Любимая женщина Александра Саныча, Клава Стрельченко, была женой молодого поэта Стрельченко, погибшего в начале войны. Её любил Александр Саныч, и она жила в этом «стандартном» доме. Сейчас его сломали. Теперь будет что-то другое. Я последний раз думал: боже мой, кроме меня уже никто не помнит, какие люди там жили. Это был барачный дом, но назывался «стандартный». Когда я слышу «стандарт», я вспоминаю этот дом, которого больше нет. Кроме меня, наверное, уже никто его не помнит. В последний раз я видел Александра Саныча в 56-ом году, когда он шёл прямо к себе домой из «стандартного» дома. Потом он застрелился. Это моё последнее воспоминание, как он, прямо держа осанку, шёл. Он производил впечатление. Все понимали, что он делал что-то не то. Но его все любили. Особенно женщины. Он выглядел эффектно. Пел, выпивал, что располагало к нему. Там же был шалман у пруда, а Никифор Степанович, заведующий шалманом, жил в соседнем доме. Можно было разбудить его в четыре ночи, и он откроет, если надо. У него всегда была выпивка. Фадеев мог к нему прийти. Этой зимой, в 45-ом году, Фадеев не был начальником. Тогда начальником был Николай Семенович Тихонов, который тоже жил у нас. Фадеев много ходил в гости. Он был эффектным человеком, любовником, с соответствующей биографией. Я до сих пор дружу с его сыном Мишей, которому сейчас 80 лет. Там получилось, что родился Миша, а потом девочка Маша уже в другой семье, и пришлось вписать её в паспорт как сестру. Она похожа на Мишу, что мне очень нравится, но она рано умерла. У нас была интересная биография. Когда Маша была девочкой лет 14, её любил Евтушенко, которому было, наверное, 27−28. Об этом тоже все обсуждали. Мама… Много было смешного. И всё это когда-то ушло.