До начала войны папа несмотря на то, что у него двое маленьких детей, был призван в армию. То есть, до начала войны. Когда началась война, мама оказалась вот в таком положении. Попытка эвакуироваться с ближайшими дальними родственниками по линии отца, к сожалению, не получилась. Песчанка была под Румынской зоной оккупации. И, как ни странно, получилось, я так и не понимаю, почему – именно Песчанка стала узловым местом, туда стали передвигать еврейское население из близлежащих районов, прежде всего, из Молдавии. У нас в доме жило четыре человека из Молдавии – из Тульчина, из Чечельника, из Чечельника было много, вот. Хотя, в целом, с ближайших районных центров евреев не трогали. Вот рядом с нами был Крыжополь, та же Бершадь – там евреев не двигали. Ободовка. То есть, там евреев почему-то не трогали. А Песчанка стала таким центром – туда массу евреев стали передвигать в наше место.