В усадьбе графа Шереметьева

В 42-ом в декабре месяце я поступила в эту школу, да. Центральная женская снайперская школа. Со всего Советского Союза к нам ехали, со всех краёв, все добровольцы. Сначала мы попали в Новогиреево. Там есть такая усадьба графа Шереметьева, в которой, говорят, он при жизни там выращивал цветы, ну, это всё у него там рабочие специально были, которые высаживали в саду, и у него пруд был искусственный, с водой стоял. И сад у него был – никаких плодовых деревьев, одни липы, одни липы стройно так стояли, красиво. И игорный домик был, который весь обработанный был… Сейчас скажу, чем. Когда вы на юг ездите, вы привозите – ракушечками. Красиво, даже розы сделанные, цветы – и всё это из ракушек, все стены были. Это, значит, знать играла в карты. Как называются карты, я тоже не знаю. Вот. Вот в это помещение нас поселили. Когда приехали туда, нас так встретили, мы все перепуганные были. Значит, нас накормили, а уже к вечеру, темнело. И говорят: «Ну, сегодня переночуете, а завтра будете уже в настоящих местах». Значит, там готовили для нас нары. Нас отправили за пруд и за здание графа Шереметьева, целый замок. Какой-то сарай стоял. Туда завели нас, тоже военные, и говорят: «Вот здесь вы ночуете». А там много кроватей сломанных, матрацев, одеял, в общем, всё, что не нужно, выбрасывали туда. «Вот тут что подберёте, на том ночь переспите, а днём завтра вас отправим на постоянное место». Как сказать, условия были ужасные. Нам нары поставили деревянные, необтёсанные, сколочены трёхэтажные. И на каждом этаже полочка. Когда мы залазим туда, снимаем с себя сапоги и ставим на эту полочку, или валенки, всё равно. Мы там прожили с декабря месяца до середины лета следующего года. С 42-го на 43-й.