Вспоминается это так. Я начал снимать опасные гастроли уже. Марина захотела побывать в Одессе. Ей хотелось побыть с Володей, естественно. И мы были во Внуково. Я летел в Одессу, а Марина должна была лететь на два часа позже рейсом. Она говорит: «Ты можешь, у тебя есть знакомые, какие-то, чтобы поменять мне билет, чтобы я полетела с тобой?» У меня все были знакомые. Я бесконечно летал Москва-Ташкент в связи с работой. Я пошёл к ребятам. Военная там была точка, где сидели вояки и помогали своим вылетать, комендатура. Я говорю: «Ребята, со мной девушка, надо её как-то, такая ситуация». — «Нет вопросов. Сейчас всё будет сделано». Нас посадили в один самолёт, в мой. И мы улетели. А этим из-за этого начался просто шухер в органах безопасности, потому что её встречали не со мной, а на том рейсе, когда она не прилетела. А в Москве её не было. Причём сразу из аэропорта… Я уже к тому времени с женой развёлся. Она работала в другой картине. Моя мама, у меня только что умер отец, мама моя была в Одессе. И я прямо с аэропорта привёз Марину ко мне домой. А Володя вылетал чуть позже, потому что у него был спектакль. Ну вот, они с мамой как-то сразу нашли общий язык. Мама по-французски говорила, будучи дворянским ребёнком, так же как Марина. Но Марина говорила по-русски. В общем, они нашли много общего. Всё было хорошо. Потом прилетел Володя. Я его тоже сразу привёз ко мне. На улице Ново… какая-то. Потом её назвали Новоселов. Вот там мы жили. Маленькая квартирка, такие блочные дома. Приехал Володя, и там мы примеряли — он готовился к съёмкам.