Я после многих стараний получил возможность ознакомиться с делами всей моей семьи — арестованными в 1937-м, 1938-м годах. И я увидел, что это всё, как говорится, лажа. Я не понимаю, почему Крючков и другие руководители КГБ так усиленно берегут эти дела от посторонних глаз. Их можно печатать — там нет ничего такого. Кроме одного. Самое главное в этих делах — не то, что там есть, а то, чего там нет.