Финская кампания началась, когда я уже был в армии. У меня там воевал мой лучший школьный друг — как раз тот, у которого был арестован отец. Он воевал хорошо, получил орден Красной Звезды. Тогда это был орден большой — в той войне малой. Конечно, мы понимали, что именно мы начали войну, это было совершенно ясно. И после финской войны, когда она закончилась, нам зачитывали — всем командирам, начиная от младших — секретный приказ об итогах финской кампании. В нём были безжалостно и впрямую сказаны все недостатки нашей армии, которые обнаружились в этой войне: что артиллерия била по своим, самолёты бомбили своих, абсолютная неподготовленность к рукопашному бою, лыжная подготовка отсутствует. Тогда же взяли запас. Запас показал, что он совершенно не обучен, всё забыл, чему учили. И был составлен план боевой и политической подготовки на сороковой год. И там как раз всё это проговаривалось. Да, было страшно слушать, когда вот так прямо говорилось о всех этих нелепостях и потерях, которые были в той маленькой войне. После этого у нас изменили приёмы рукопашного боя, начали проходить лыжную подготовку. Пытались делать развороты на лыжах, в тех креплениях — при всём желании это было невозможно: на параллельных лыжах, полу-плугом и прочее. Но, во всяком случае, усилилась боевая подготовка. Вот два направления — рукопашный бой и лыжная подготовка.