О ядерной кнопке. Но мне лично как-то и в голову не приходила эта идея после того, как меня так шарахнуло буквально, когда генерал сказал, что связь увезут, и я понял, что речь идёт именно о ядерной кнопке. Действительно, как выяснилось для меня, это парадоксальная вещь и большое упущение со стороны президента. Ведь я даже не знал, что в двух, буквально в десяти метрах от меня, через две комнаты, в этом же коридоре на втором этаже жили офицеры с чемоданчиком ядерным. И только на второй день тот же Генералов проговорился про это, когда я ему стал говорить о том, что хотя бы эту мою секретаршу отпустили бы, пусть она в Москву тогда уедет что ли. «Ну, – говорит, – а как? Вот она готова?» Откуда я знаю, готова она или не готова? «У нас пойдёт самолёт, он повезёт больного из охраны, и связь поедет в этом самолёте. Вот если она сможет…» Я говорю: «Ну пошлите за ней. Кроме того, вещи же хотя бы мои привезли». Он действительно послал своего человека, привезли мой чемодан из «Южного». Тамару действительно определили в этот самолёт, и она с этой ядерной связью летела в Москву, с этим чемоданчиком. То есть это уже состояло государственное преступление – что президента, который по Конституции, по всем правилам человеческим и государственным, межгосударственным, является хозяином ядерной кнопки сверхдержавы, от этой кнопки отстранили. Это уже было государственное преступление.