Когда началась война, вот во всём можно там винить, но как относились, как относилась власть к тем, кто с детства посвятил себя учёбе их освободили от армии, им дали белый билет. Ни в коем случае! Берегли эти кадры для того, чтобы, когда всё это кончится, у нас оставалась база, чтобы культурная база сохранялась. Вообще это потрясающе. Во время войны, когда железные дороги заполнены, когда транспорта нет, когда бардак жуткий на запад, на восток, вся промышленность эвакуируется всё равно был выделен транспорт для нашей художественной школы. Выделен был специальный состав, и мы поехали в Башкирию во время эвакуации. Осели в какой-то деревне, в крупном селе, где даже ни одного кирпичного дома не было. Местные власти устроили нас выделили сельсовет, очистили помещение, и мы там жили. Привезли роскошную библиотеку, краски, старинные книги, фолианты. Эта художественная школа была открыта ещё до 1939 года её вообще-то Грабарь открывал. Было дано распоряжение ни в коем случае не привлекать учеников к военной службе. Их берегли очень. Когда уже стало ясно, что 1943 год, под Курском начинается наше наступление, нам вдруг сообщили: «Возвращайтесь». И мы в 1943 году вернулись. Как раз был первый салют, посвящённый освобождению Курска и Киева. Это был первый салют и такая крупная победа.