Почему остался такой образ, да, и каким он был на самом деле? Ну, такой образ остался, он не ошибочный, он остался действительный, но он остался, потому что мы склонны вспоминать самое последнее в человеческих отношениях. Ты встречаешь людей, с которыми ты работал по 40 лет в МИДе, ты видишь их в дряхлом виде, с палочкой, забывающих всё. Вот и этот образ у тебя тоже остаётся в голове. Но Брежнев, так как он был руководителем всё-таки огромной страны, и люди ожидали от него, что ты ответственный, ты нам сделай жизнь лучше, ты построй её, а ты вот такой дряхлый, и вот это соединялось, и поэтому вот этот образ дряхлости и остался очень сильным. Потом, ну, кто его знал, когда он был там первый секретарь молдавского республиканского комитета КПСС? Ну, кто его знал? Кто его знал во время войны? Ну, никто, кроме ближайших коллег-воинов. Его узнали, когда он оказался наверху. А большая часть его жизни, к сожалению, оказалась наверху вот такой. Он сам хотел уходить, это я знал, это я слышал. Но когда вокруг тебя люди, которые считают, что при нём удобно жить: с ним можно поговорить, посмеяться, да попросишь он тебе не откажет в ничего. И можно спокойно заниматься своей жизнью. Не обязательно, что ты плохой человек, но когда теребит начальство это неприятно, а он не теребил никого. Тем более его курс был правильным: дружба с Соединёнными Штатами, разоружение, он говорил, что улучшил жизнь народа, он действительно старался. Он же не мог всё украсть для себя и своей семьи. Ну, невозможно это. Но у него не получалось, он не понимал. Самая главная его ошибка была в том, что он отстранил Косыгина, а поплатился он: застой это Брежнев. То есть он виноват. Если бы не отстранил Косыгина, Советский Союз бы вырвался вперёд, и Брежнев продолжал бы жить. Он бы остался Генсеком, просто надо было Косыгину дать всю возможность, всю власть, а он не дал. И вот эта мелочность его и сгубила. У нас всё-таки было коллективное руководство. Брежнев не мог принимать решения, если не подпишет постановление Политбюро. И, кстати, Косыгин не подписал решение о вводе войск в Афганистан. Не подписал и всё. Ну, ничего. А другие подписали. Но вот то, что происходит с Байденом, это примерно зеркальное отражение того, что происходило с Брежневым.