Два Ленина. Мои диссертации

Так я поступил в аспирантуру. И дальше уже было ясно, что я буду заниматься 20-м веком, мне нравилась такая современная жизнь. Диссертация кандидатская у меня была по Брестскому миру, и у меня был научный руководитель. Когда я написал всё, он прочитал и говорит: «И чему я тебя научил?», потому что в центре всего этого была фигура Ленина. И сегодня я это могу сказать, что это большое достоинство было. В общем, я пытался показать, что Ленин был один и другой: что до 17-го года он был один, а после 17-го года он стал другой, что не вписывалось, конечно, в ту трактовку Ленина. Ну и докторская диссертация у меня была просто «Ленин и формирование советской внешней политики». И сейчас я имею свой взгляд на Ленина, конечно. Но так вот и пошло. У нас всё, что касалось Ленина, считалось незыблемой догмой. Имелось в виду, что у него были разные политические взгляды. Меня интересовала чисто международная сторона дела, я же занимался диссертацией по международной стороне дела. Если чуть-чуть углубиться, я вам скажу. 22-й, 23-й год, есть последние работы Ленина, это крик отчаяния. Это отчаяние, это у нас не очень поощрялось, когда он увидел, что построил: засилье бюрократии и полное недовольство населения, очень многих. И до 17-го года он тоже был одним из активных сторонников того, чем я занимался, мировой революции, как и все они. Но после 17-го года он изменился в том смысле, что главной задачей было «сохранение социализма в одной стране», так называлось. Я вообще считаю, сейчас прошло уже столько времени, и мы можем давать уже такие, как вам сказать, не политизированные, а нормальные оценки лидеров всех. Ленин был в начале 90-х годов, у нас, не буду называть фамилии, там есть известные люди, которые говорили… Я помню, как один из них выступал у нас в Академии наук и говорил, что Ленин был малообразованный человек, что все эти книги, которые он написал, – всё это ерунда. Ленин был представителем экстремистского крыла в социал-демократии. Оно имело реформистское крыло в виде Плеханова, а был Ленин. Откуда он появился с таким настроением – это другой вопрос. Некоторые считают, что на него повлияла казнь его брата, но он бланкистское крыло, то есть, которое имело в центре необходимость насильственных методов создания нового государства. И он это и реализовывал в соответствии со своими этими взглядами. Зачем он уничтожал всю церковь там и людей? Вот, но одновременно он был крупным деятелем, конечно, 20-го века. И я вам должен сказать, что всё, что потом происходило, да и сейчас, в общем-то, свидетельствует о значении революции нашей, которая стала всемирно-исторической. Негативные результаты – это тоже же результаты, понимаете. Оказалось, что идея построить, приложить идеи Маркса, которые сейчас возвращают в Германии, возвратить идеи Маркса отсталой крестьянской стране, как наша, она в итоге не привела к успеху. Хотя мировая история неоднозначная. Для меня главное, вообще вся моя деятельность, вся моя жизнь – показать, что жизнь страны и людей – это не чёрно-белая картинка, а огромное количество нюансов, оттенков и так далее. Я стараюсь так учить и своих студентов. Понимаете, я не очень люблю, когда говорят, что история не терпит сослагательного наклонения. Она не терпит в том смысле, что события были и они были – это нельзя отменить, но всегда есть выбор. И я студентам всегда своим говорю: «У вас должен быть всегда выбор. Вся ваша жизнь – это выбор между чем-то: добром, злом. Каждый день утром вы для себя решаете как-то вопрос: поехать или не поехать, ругаться с соседом или не ругаться с соседом…» Так и в большой политике, конечно, понимаете. Поэтому с этой точки зрения, конечно, жизнь – сложная вещь, это сочетание самых разных проявлений. И так это и применительно к Ленину, там то же самое. Почему сейчас такие левые настроения и всё? Да потому что идея революции нашей, и в принципе идея добра, равенства и справедливости, она всегда всем нравится. О чём речь? Поэтому за большевиками и пошли все, понимаете. Другое дело, как всё это реализуется. Поэтому я не претендую на какие-то обобщения, пытался показать, подходя к событиям, которые были темой моей кандидатской диссертации скромной, что Ленин поменялся. И мой руководитель, он возглавлял сектор Ленина в Институте марксизма-ленинизма. И для него сама идея, что такой великий человек может ещё и поменяться, оказывается: что-то у него было одно, а потом другое… Вот он и сказал: «Чему я тебя научил?» Ну, у нас были добрые отношения, он ко мне относился с большой теплотой. Так что всё это было в порядке шутки, обошлось всё это.