«Встречи на высшем уровне»

Но в моей жизни, конечно, огромное значение имела встреча и с политической элитой. В общем, я не был близок, но я встречался с Ельциным. Я даже помню один случай. Ну, поскольку я его рассказал Наине Иосифовне, то я могу рассказать и по телевидению. Меня только выбрали директором, и был приём интеллигенции на Ленинских горах. Ельцин только баллотировался, по-моему, в президенты. Там было несколько сотен человек, Ельцин стоял у двери. Мы все проходили, подавали ему руку. И мы между собой все так договорились, что мы не называли фамилию, имя: это ничего не говорит, а называли учреждение. И вот дошла очередь до меня, я протягиваю руку. У Ельцина была очень такая сильная рука, шахтёрская рука, как говорят. Он держит, да, я говорю: «Институт истории». Он не отпускает мою руку и вдруг говорит мне: «А как Вы думаете, история меня оправдает?». Когда я это рассказывал Наине Иосифовне, она очень растрогана была, говорит: «Да». Значит, мысль у него… Причём именно «оправдает», понимаете, то есть, значит, в этом слове заложен элемент некой самокритики, понимаете. Ну вот, ну, если политические, то, конечно, последние все годы я встречался довольно много раз с Владимиром Владимировичем Путиным. История очень его интересовала всегда. Ну, он всегда очень доброжелательный человек, в общем-то, слушает людей хорошо. Из зарубежных деятелей, конечно, в основном это всё историки были, учёные. Мир так политический мы… Ну, приезжали в разные страны, там общались с какими-то членами парламента, сенаторами. Учёные меня интересовали с точки зрения именно возможности сотрудничества, кооперации. Потом тема, которая меня всегда интересовала, она сегодня называется «Россия в мире». Понимаете, я очень всегда старался, отстаивал, насколько это удавалось, признание вклада России в мировую историю, в мировую цивилизацию – это важный момент. Ну вот, а так в жизни встречались часто… Знаете, тут даже есть такой личностный момент: когда очень много людей общаешься, это придаёт особую ценность наличию близких друзей. Ну, сегодня нет, и, может быть, поскольку так много было общения, то и друзей было мало. Это потом начинаешь ценить с годами. И вот такой калейдоскоп имеет негатив некий в этом смысле: он как бы нивелирует немножко это общение. И потом это тоже общение: общение сегодня, завтра, потом это уходит, потом другие люди, вот. Но вот сегодня я это вспоминаю уже с удовольствием. И даже с некой ностальгией, как это было. Должен заверить наших медиков, у меня с последними годами память, мне кажется, даже лучше становится, потому что я вспоминаю очень многие эпизоды, когда они были.