Как работали дикторы телевидения в СССР

Да, я не понимаю, почему дикторы были небожителями, так, может быть, считали. Но жизнь была очень такой, вот моя лично, очень скромной. Вот такая ответственность вдруг стать диктором телевидения. Целый год практикантом, а потом диктором телевидения. А как? У меня никаких? Мне и жить ещё было негде. Я продолжала снимать комнату с подругой в 1-м Колобовском переулке, выход в эфир на всю страну, Шаболовка, прямой эфир, телевидение только черно-белое, надо как-то одеваться, и денег нет, и где что купить. И нас тогда не одевали, не причёсывали. Всё это надо было делать самим. И такая ответственность, прямой эфир, выход на всю страну. За тобой смотрит, так сказать, контроль очень большой. У нас на Шаболовке было ещё очень мало дикторов. И работали, много было редакций замечательных. И дикторы работали по заявкам из редакции. Редакция информации, молодёжная, музыкальная, спортивная, редакция сельского хозяйства. Они каждую неделю до пятницы подавали в дикторский отдел заявки. Вот у них такая-то программа, такого-то числа репетиция, там. Им желательно и фамилию диктора. И надо отдать должное, мне повезло, на меня было очень много заявок. Даже приходилось, так сказать, и это хорошо, потому что музыкальная редакция, литературно-драматическая, спортивная, редакция народного творчества это всё особые жанры. Это всё, там надо было... и главное, суфлёров не было. Мы не знали, что такое суфлёр. И вот эти тексты надо, в общем, было, мы стеснялись, как это? учить наизусть. Например, я первая провела «Музыкальный киоск», два их, «Музыкальных киоска». Представьте себе, Шаболовка, да? Работы было много. Моя свекровь потом вспоминала: «Ань, сколько же ты работала», я уходила утром и приходила поздно. И, допустим, я работала в течение дня на Шаболовке, прямой эфир. Я провела программу новости. Затем я провела кусочек программы передач. Затем я побежала, провела там ещё какую-то, понимаешь? Вот. И уже в десять вечера я заканчивала. Подходит Элеонора Беляева, красавица, музыкальный редактор, дочка ещё маленькая, и даёт мне текст «Музыкального киоска», который я завтра должна в прямом эфире вести. Выходить на зрителя и рассказывать. Клавиры показывать, как будто я... А я ничего... Я говорю, Элеонора, ну зачем я? Ну что делать, Аня? У нас все программы ведут дикторы, и всё. Потом, в конце концов, до конца своих дней Элеонора вела «Музыкальные киоски». И как это было правильно, и как это было естественно. И это была настоящая правда. А я в десять, я приезжала домой. Я до трёх ночи сидела на кухне, учила текст «Музыкального киоска», и машин не было. Потом я своим ходом еду на Шаболовку и веду «Музыкальный киоск». Вот небожители как жили, понимаешь? Сами причесались, сами что-то сделали, и весь текст я должна была знать наизусть. Вот так было, да.