Иллюстрации к сказке Ханса Кристиана Андерсена «Снежная королева»

Книга – это очень удобное место для художника, потому что… что такое – ну, выставишь работу, всё, а кто-то заинтересуется тобой. Иногда я получаю до сих пор какие-то письма из далёких даже городов. В иллюстрации можно свои мысли, свои образы как-то передавать другим. Я такого случая не помню, чтобы нам что-то навязывали. Наоборот – мы иногда предлагали тему. Но вообще мы выбирали, мы выбирали. У нас был… мы с братом делали Андерсена, и там у него есть рассказ о том, что… ну, это знаменитая вещь его… и там рассказ о том, что чёрт придумал такое зеркало, где всё прекрасное выглядит безобразным. Всё было хорошо, но потом он даже взял это зеркало, дьявол, и направил на небо, чтобы и небо тоже увидеть в искажённом виде. Но получилось так, что от этого направления на небо зеркало раскололось на миллионы маленьких осколков, и эти осколки попали в глаза людям. И небо-то осталось прежним, но люди стали видеть только одни недостатки. Это, собственно, Андерсен пишет о появлении так называемого… потом в русской критике это стало называться критическим реализмом. Ну и мы нарисовали, значит, маленький рисунок – крошечный, меньше игральной карты. Мы нарисовали дьявола на сцене и массу студентов, которые его слушают, и некоторым мы пририсовали рожки. И там были маленькие, как горошина, рисунки. Там был Пушкин, Карл Маркс, Ленин – ну, все, в общем, очень много великих. Некоторые с рожками, некоторые без рожек. Мы считали, что если кто-то догадается и узнает их – это уже будет наш союзник, и ничего плохого не будет. Когда мы сдавали работу… Но это не было хулиганством, это было искренне, потому что Пушкин же писал «Гавриилиаду». И Толстой там нарисован, и все они были. И нашёлся поэт Чивилихин, который изучил… значит, взял этот рисунок, увеличил, как большую картину, и принёс в это… в министерство печатальщика, как оно называлось – я не помню. Но там оказались умные люди и сказали, что там… В общем, это как-то не повредило нам, отнесли это к недостаткам Чивилихина. И потом, интересно, прошло, как бы сказал Хармс, много кого времени. Так вот, через много кого времени такой дьякон Кураев написал, что «какое безобразие – нарисовали с рогами». Это уже было довольно смешно. На самом деле ничего плохого нет – видеть недостатки, видеть. Но Андерсен – чувствительный, нежный – он был против этого, он хотел видеть достоинства. И на самом деле, на самом деле, недостатки легче видеть, чем достоинства.