Взрыв исследований в области нуклеиновых кислот

Я работал с Эдуардом Израилевичем Будовским, который занимался нуклеотидами и нуклеозидами. Это составные части нуклеиновых кислот. Но в конечном счёте мы с ним разошлись, потому что я хотел заниматься именно нуклеиновыми кислотами, полимерами, генами. В это время в мире произошли значимые события. В 52-ом году Херши и Чейз – это американские учёные – доказали, что наследование определяется не белками, как до этого считали, а нуклеиновыми кислотами. Херши получил за это Нобелевскую премию, а Марта Чейз, к сожалению, не получила. Но это был важнейший шаг и начало генетики, основанной не на наследовании признаков, а на наследовании генов, которые эти признаки кодируют. И, как по команде, в 1953-ем году, то есть через год, Уотсон и Крик определили физическую структуру ДНК. Оказалось, что это двойная спираль. Вы, наверное, слышали – знаменитая двойная спираль. И это показывало механизм, как работают гены. Каждая цепочка двойной спирали синтезирует на себе свою копию. И из одной нуклеиновой кислоты, которая была, получаются две двухцепочные нуклеиновые кислоты. И стало совершенно очевидно механизм работы гена, на самом примитивном уровне, но принципиальном при этом уровне. Уотсон, Крик и ещё один человек получили за это заслуженную Нобелевскую премию, и пошёл взрыв. Просто взрыв исследований в области нуклеиновых кислот. И я в этот взрыв включился. Включился, как всегда это бывает, случайно.