Он мне не рассказывал про операцию Королёва, но мы достаточно много все наслышаны. И я не думаю, что ему было очень приятно это рассказывать. Мы и так знали. Дело в том, что я на протяжении большого количества лет, вот как я работал в Центре хирургии, работал на пятом, а на четвёртом этаже работал Перельман, а под его началом – Наталья Сергеевна Королёва. Вот. И мы недавно её проводили. Но мне как раз приходилось очень так интересно дежурить с ней. Она – ответственным дежурным, ну, потом я уже стал ответственным дежурным. Ну, люди же растут. Вот. И Наталья Сергеевна была очень предана памяти отца, она написала много книг о нём. Очень так серьёзно. Вот. Так что касается хулы Королёва... Понимаете, это не ошибка Петровского. Это несостоятельность тогдашней анестезиологии и реанимации. Они просто не успели его заинтубировать или сделать трахеостому. И он просто погиб от гипоксии. Это было, конечно, ужасно. Ну, а с Королёвой, с Натальей Сергеевной, до последнего её года жизни, мы несколько раз открывали студенческую Олимпиаду в Первом меде – именно имени Михаила Израилевича Перельмана. Вот как, так сказать...