Зара Александровна Долуханова

Зара Александровна – это явление в искусстве, на мой взгляд, конечно, это совершенно явление, потому что то, что она делала… По крайней мере, я в опере её не слышала, кроме того, что я говорила про запись. Но запись «Золушки», камерные её программы были совершенно уникальные, потому что так изысканно подобрано… Потом у неё был последнее время уже, по-моему, Хвостин его фамилия была, пианист, с которым они делали божественные совершенно программы. Есть ориентиры насчёт её записи, когда, предположим, готовить «Гадкого утёнка» или Прокофьева, или 5 ахматовских – это я всегда говорю: «Слушайте…», потому что это уникально. При том, что я не знаю, она работала с Прокофьевым, встречалась, предположим, она это, или это только их личное – этого я знать не могу. Но она сумела ученицам это передать, своим ученикам, она была замечательным педагогом. Причём она владела, и такой класс у неё был, и был класс камерный. Там были удивительные программы, уникальные программы просто были. И девочки, которые… Я знаю девочек, её учениц, они интерес такой же имели к камерной музыке, как и она. Очень сдержанный человек она была, очень выдержанная, с тёплыми глазами. Я ведь встречалась на конкурсах – и на Глинке, и на Чайковском, когда я играла, – и встречались мы с ней. Корректность и интеллигентность, то, что было в папе, было и в ней, почему они так очень хорошо ладили. Это было. Другое дело, что, наверное, были и моменты юмора, и шуток, и всего. Но для меня она была иконой, просто иконой. Ну, а для радио это находка была – такая певица. В то время ходило такое поверие, что на радио работали те, кто не мог… Во-первых, конечно, голос ложился на микрофон, – у неё идеально ложился. Или говорили, что не совсем прозвучивает, если петь оперы на большие залы. Потому что, например, Александрович, такой замечательный был певец, он замечательно звучал в зале, а на большие оперные залы не проходил. И потом, когда он уехал в Израиль, он одним из первых уехал тогда, он там именно был кантором, работал в синагоге, пел, и концерты были. Не знаю, как было у Зары Александровны, боюсь сказать, потому что в опере её не слышала. И там были Зара Александровна и Наталья Петровна Рождественская. Это были две удивительные певицы, их музыкальный уровень был так высок, что они могли соперничать, по мнению, с дирижёрами, конечно, по тому, что они делали. Наталья Петровна была бесконечно уважаема папой. Мне лично с ней в жизни не пришлось встретиться.