Я писал несколько фильмов для Одесской киностудии, музыку. С Серёжей Ашкенази я сотрудничал в основном. В Москве я писал фильм «Шофёр на один рейс», я писал с Вадимом Зобиным. Ну, может быть, не сам процесс кино, а именно эта часть работы с режиссёром и с изображением. Но не знаю, не думаю, что это моё. Когда знаешь Геннадия Гладкова, когда видишь его невероятное образное мышление, он играет какую-нибудь сцену, например, кота за роялем, – и перед тобой просто кот. Это выдающийся кинокомпозитор, я считаю. Много работали тогда, писали музыку с Зацепиным у него дома в студии. У него была хорошо оборудованная студия. Музыку писал обычно Виктор Бабушкин, выдающийся звукорежиссёр. Там тоже много чего наиграли, напели. Он был мастер всяких технических штук вместе с Виктором: ускоренные записи, замедленные, рапидные, и так далее. Всё это слышно в его комедиях. Кино – это сложно. Кино – это особый дар. Композиторский, безусловно, особенный. Артемьев – это особый дар. Создать образ. Геннадий Гладков – комедиограф в первую очередь. Но в то же время у него есть просто хрестоматийная основная тема в «Обыкновенном чуде», которая, с моей точки зрения, ставится в один ряд с увертюрой к «Детям капитана Гранта» Дунаевского. А у Артемьева – это глубочайшие пласты, другая ипостась. Никого не назовёшь более или менее… Они просто разные.