Как я чуть не бросил карьеру

Нет, ну, были случаи, ну, такие, знаете, обидные что ли. Ну, например, я поехал на конкурс Караяна. Сами представляете, что это такое, чтобы туда попасть. В то время это не сейчас – где-то в 90-е годы можно было заплатить, по-моему, 100 долларов, и ты уже там – поехал, дал документы и так далее. Тогда надо было несколько отборов пройти: в консерваторию, потом по Ленинграду, потом в Москве, потом ещё в каком-нибудь городе. Потом ещё могли из союзных республик, как сейчас говорят, подъехать люди. Только потом тебе дают право. В конце концов меня увидел Хренников Тихон Николаевич, и когда я дирижировал, тогда оркестр был Дударовой, он говорит: «Ну, вот Титов едет, а вот эти… ну, не будем называть кто – решайте». И в результате поехали все, решили, но там случилась очень странная история. Первый тур я прошёл на ура. Второй тур – наше КГБ сказало: «Слушай, ты в первой пятёрке». А нас было трое от Союза. А на утро меня уже не было. Там кто-то из этой комиссии сказал: «Три русских – это много». А там был А, Б и Т. Просто вычеркнули, всё. Без всяких комментариев. Кому ты будешь апеллировать? Там комиссия была дай боже. Там даже были люди из рейхсканцелярии – так сказать, родственники. Это, по-моему, 85-й, что-то такое, 86-й. Ну, в общем, было, конечно, такое, знаете, потрясение. В общем, можно было и закончить карьеру даже, когда, так сказать, это облом, как сейчас говорят, по всем параметрам был.