Ираклий Луарсабович Андроников. Выдающийся просветитель

Андроников, значит, официально, как бы сначала писали, что он – писатель. Ну что такое писатель? Он – литературовед. Он не просто учёный, он – доктор филологических наук. Нельзя его уместить в одно слово «писатель». Он, как считалось (по крайней мере, некоторыми), артист разговорного жанра, понимаете, артист жанра. Он, кстати, потом получил звание народного артиста СССР. Никакие писатели званий народных артистов СССР не имели, понимаете. Вот так. Так что он – невероятно многогранный человек. Но самое главное, что сейчас уже трудно понять: он был, конечно, замечательным просветителем – на всю страну. Что такое просветитель? Понимаете, он – один из тех немногих людей, кто выступал необычайно запоминающимся образом на нашем радио. Фактически сначала – на радио, потом – на телевидении. Он выступал со своими устными рассказами. Насколько известно, начинал он просто на радио. Он нечасто там появлялся, но люди, которые его слушали, а радио тогда, знаете, стояло на каждой кухне – самые примитивные приёмники... Те, кто его слышал, как бы тянулись за ним. Людям хотелось стать такими же образованными, такими же умными, такими же талантливыми, как он. Это, возможно, и невозможно, но он как-то подтягивал. Он тянул людей к культуре. Это – магическое свойство. И он был один – по радио был только он. У нас была масса известных писателей, но там читались какие-то лекции, что-то ещё... А вот такого рассказчика, как он, не было. У него не было узких тем – что вот, мол, цикл «Пушкин», или цикл «Русская литература». Он мог говорить о чём угодно. Его рассказы были разнообразные. Но главное – это то, как он рассказывал, как он говорил, как он общался с нами, со слушателями. Он был невероятно популярен по радио. Хотя я мечтал послушать его вживую, его совсем нечасто пускали по радио. Там шло масса всяких сводок – с производства, политических, да и вообще всего чего угодно, понимаете. Всё время шли «концерты по заявкам», я помню радио, но так – вскользь. Одна программа была – у всех одна, единственная программа. Там чередовались центральная программа с местными, понимаете. Когда он попадался – это было событие. И вот именно там я впервые услышал «Первый раз на эстраде».