Как Гавриил Абрамович Илизаров стал членом-корреспондентом АН СССР

Ну, и ещё одно событие было. Илизаров уже был зрелый, известный, матёрый учёный, с именем которого уже нельзя было не считаться. Он подаёт на конкурс в Академию медицинских наук на члена-корреспондента. Первый раз прокатили, второй раз тоже. Тогда он звонит президенту Академии, Блохину Николаю Николаевичу, и говорит: «Ну что? Привезёшь документы». А я сижу рядом. Президент отвечает: «Привезёшь – потом рассмотрим». И вот Илизаров говорит: «Собирайте документы». Я говорю: «Гаврила Абрамович, собрание ведь уже прошло». Он отвечает: «Вы делайте, что я говорю». Ну, я собрал всё, а это же две огромные папки, потому что для избрания в академию нужно представить все копии всех опубликованных работ, бумаги – две тяжёлые такие папки. Я повёз их, захожу к Блохину: «Я привёз». «Что привёз?» – «Документы». «Какие?» – «Вы сказали, что ему привезти». А он: «Так он что, не понял? Я сказал – на следующее собрание». Я говорю: «Нет, вы сказали – привезёшь, вот я привёз». «Иди забирай, не нужны нам его документы». А как вопрос разрешился в Большой академии? Забыл фамилию, но мы с ним встретились – Илизаров, я присутствовал. Тот спрашивает: «Гаврила Абрамыч, слышал, Медицинская академия вас не пропускает в членкоры, а у вас по физиологии есть опубликованные работы?» Илизаров посмотрел на меня, я говорю: «Есть». «Ну, тогда давайте, проведём вас через отделение физиологии». Мы готовим всё, общее собрание отделения физиологических наук. Илизаров приезжает, делает доклад – и он член-корреспондент Большой академии вместо Академии медицинских наук. Вот так это происходило. Все эти препятствия он преодолевал мощным напором. Если бы у него не было такой психологической устойчивости к всякого рода выпадам, он, наверное, на каком-то этапе сломался бы. Но его вдохновляло, что он одерживал первые победы, а потом уже на подобные вещи смотрел с юмором, похохатывал и спокойно с ними справлялся.