Работа в детском спортивном лагере «Юный динамовец». Принципы воспитания спортсменов

Это как бы, эти лагеря относились к «Динамо», к КГБ. Он ездил туда, потому что уже был сотрудником этой организации. Даже устраивались пионерлагеря, и он привозил туда своих спортсменов в качестве вожатых. Днём они занимались с детьми, как положено, а вечером и рано утром у них обязательно были тренировки. Он устраивал для детей праздники, маскарады, ребята перенаряжались, и он тоже всегда участвовал. Он был человеком необыкновенно добрым, но кого не любил – считал, что тот должен быть пилой, а не мотыгой: прежде всего для себя. У него было своё понятие о чести и доблести. К своим спортсменам он относился как к детям: когда вставать, что есть, дисциплина обязательно. У него была пословица: «Этот мотыга только для себя, а ты должен быть пилой: себе – тебе, себе – тебе». Это была железная история. Даже если он был кем-то недоволен, мог полчаса, а то и час читать нотацию, но потом говорил: «Ну что, голубчик, давай, понял?» И всё. Если он начинал что-то объяснять при тренировках, это могло затянуться на полтора часа. Каждому объяснял, что и как нужно делать лучше. Он был очень требовательный, но никогда не обижал, не кричал, не унижал. Иногда мог нудить: «Бу-бу-бу, я тебе уже сто раз говорил», и мама шутливо говорила: «Витя, хватит уже». Во всяком случае, его любили. Даже те, кто просто катался в «Динамо», знали его. Меня часто спрашивали: «Бучина, а Бучин кто тебе?» Я объясняла, что это мой папа, и все восхищались им. Все его спортсмены его любили. С детства, когда мы ездили на базы в Подрезково, все звали его по имени: «Николаевич, ну ты…» Он очень чутко чувствовал характер человека: кто добрый и открытый, а кто себе на уме. И сама организация очень его ценила. Он всегда относился бережно ко всем людям и был большим профессионалом.