Что касается ещё театра Руставели, то в нём буквально, ну, не могу сказать царил, но, во всяком случае, один из самых больших любимцев был киноартист Михаил Геловани. Он начал с немых фильмов и играл в них, и сам ставил. В одном из таких фильмов, который назывался «Молодость побеждает». И вот заняли меня в 4-летнем возрасте. Потом оказалось, что вырезали, мои все соседи, друзья, родственники пошли на спектакль, на сеанс. Но, во всяком случае, это был характерный комедийный артист. Он сам себе аккомпанировал на гитаре и пел романсы. Играл он больше комедийных ролей, в частности, запомнился в спектакле «Сулэли» – по-грузински, по-русски – шут, дурачок, клоун, вот так примерно. Надо сказать, что он был великолепным мастером комедийных образов, а то, что он сыграл Сталина в фильмах Чиаурели, просто прекратило его карьеру как артиста. Ему было запрещено играть что-либо, кроме Сталина. Он очень был расстроен этим, тем более что случайно случилось его появление. Он в другом фильме у Чиаурели играл небольшую роль, а оператор прибежал к Михаилу Эдишеровичу Чиаурели: «Что ты сделал, ты с ума сошёл, нас всех арестуют. Это же вылитый Сталин». И Чиаурели тут же его перебросил на образ Сталина. Сталин говорил: «Неужели я такой красивый?». Сталина после Геловани играл Алексей Дикий, артист бывшего Малого, второго МХАТа. Он известен как Кутузов в фильмах. Вообще, очень сильный, хороший актёр. Когда я спросил Геловани: «Вы смотрели фильм с Диким? Ну как?» Он сказал: «Ну как, ну как – Дикий Сталин». Образ Сталина, на мой взгляд, был всё-таки Геловани. Дело в том, что все упоминали о его физической схожести с известными фотографиями. Дело не в этом, а в том, что он всё-таки пытался, несмотря на помпезность всей постановки Чиаурелевской, в частности, в «Клятве» и так далее, он старался давать всё-таки человечный образ, узнаваемый. И этим он, пожалуй, и привлёк популярность публики. Так что, конечно, его заслуга в создании образа – вне сомнения.