Как развивались мои отношения с Валентином Ивановым

Что мне нравилось в Вале? Во-первых, он был очень искренний, искренен со мной, не пытался выпячиваться, не старался понравиться, а был просто таким, каким он был. Это первое. Потом, когда мы приехали в Москву, у нас начались кремлёвские приёмы – приёмы олимпийской команды. Это всё было в первый раз. Сейчас-то я сама участвовала в четырнадцати Олимпиадах: две сама выиграла, потом восемь судила. Это одна от Советского Союза судья. Этот электрический стул у меня всё здоровье отнял! Но тогда мы были впервые – ничего не знали. Вдруг – правительственный приём: то на Воробьёвых горах, то в Кремле. Конечно, мы одевались, кое-что купили себе в далёкой Австралии. Мы с роду не были на таких шпильках, не были в таких красивых юбочках, как купили там. Воображали, конечно. И когда я увидела, какие элегантные ребята-футболисты пришли – просто красавцы! По мере того как мы начали встречаться, я думала: как здорово он одевается. Он любил это пожизненно – хорошо одеваться. Это его изюминка, коронка. У нас раньше не было такого вальяжного стиля, всё было строго: не отглаженные брюки, не свежая рубашка. А у него – всё продумает: цвет пиджака, цвет галстука. Всё. Ему не на кого было смотреть, он просто всегда элегантен. Это мне очень нравилось в нём. А самое важное: мы оба были на подъёме. Я – в гимнастике, он – в футболе. Это были наши первые победы, у нас всё получалось. И ему это нравилось, он был влюблён в свой футбол, а я влюблена в него. Мы друг другу не мешали, и это было здорово.