Смотрите, какая интересная вещь: Аркадий Никитич – дитя войны. 1956 год – он олимпийский чемпион. 1956 год – он олимпийский чемпион. Потом он начинает заниматься, уходит в науку, не отрываясь от спорта. Вот смотрите, какая получается интересная судьба. Дитя войны, участник войны. В тот момент, когда многие пришедшие с фронта не могли себя найти, спорт для многих был удивительным подспорьем. Воробьёв в 1952-м бронзу завоевал, и думаете, он на этом остановился? Нет, конечно. 1956-й – золото, 1960-й – золото. И это совмещая всё с серьёзной медицинской практикой, работой, изучением, погружением в медицину – кандидатская, докторская. И плюс ко всему – начало тренерской работы. Он возглавляет сборную. Слушайте, я вам сейчас расскажу одну историю, она связана с Виктором Григорьевичем Куренцовым. Это мне рассказывал сам Куренцов. Но это два человека, которые друг с другом очень связаны. И вот что такое был Воробьёв. Идёт крупнейший турнир. Куренцов проигрывает Вальдемару Башановскому, поляку, проигрывает несколько килограммов, идёт на помост. Сзади стоит Воробьёв, который ему кричит: «Витя! Вспомни Сталинград!» Куренцов идёт к штанге и не понимает, при чём здесь Сталинград. «Был бы немец у меня соперник, нет, у меня поляк. И я выхожу и вот на этих эмоциях, не понимая, толкаю эту штангу. А потом спрашиваю у Воробьёва: «При чём Сталинград-то?» Он говорит: «Чтобы ты проснулся». Вот это был Воробьёв, понимаете. Вот это. Он был эмоционально взрывной, он был очень требовательный. Но при всём при этом он не изменял себе. Вот это было самое удивительное. И вот эта история, которую я вспомнил, связанная с Куренцовым, – это как раз характеристика его. Он был такой, он знал, что сказать, он знал, как подбодрить. Он был великолепным психологом. Великолепным психологом.