Моё первое образование – московский полиграфический техникум

Но очень важную роль сыграл и мой профессиональный выбор, потому что я поступил в Московский полиграфический техникум. Это был единственный выпуск, когда выпускали не просто «техредиков», как мы их называли, или «техредов», а всё-таки художественно-технических редакторов. И там нам преподавали, независимо ни от чего, и акварель, и основы рисунка, и линогравюру, в общем. Ну, всё в таком, я бы не сказал, очень профессиональном, но всё-таки в достаточно большом объёме. Ну, и кроме того, когда я поступил туда в 60-ом году, одна из преподавательниц, которая преподавала историю искусств — как ни странно, в техникуме, но тем не менее — сообщила о том, что в Пушкинском музее открылся Клуб юных искусствоведов, понимаете, «КЮИ» тот самый, знаменитый. Но я, честно говоря, уже по возрасту не помню, из первого ли я выпуска или из второго — не помню, но точно из самого раннего, и как ветерана меня иногда приглашают. Ну, а там уж началось искусство всерьёз. Там преподавали настоящие монстры, как Виппер, Губер. Антонова, кстати, преподавала музееведение, между прочим, да, уже она, по-моему, ещё не была генеральным директором, мне кажется, чуть позднее стала им. И это были серьёзные занятия искусством на уровне искусствознания, потом были поездки, в основном по близлежащим городам и губерниям. Я помню замечательные поездки в Ростов, в Переславль-Залесский. И, конечно, это уже был тот базис, на котором выстраивалась вся любовь к искусству и его понимание. Вот отсюда, наверное, возросли какие-то корни, прежде всего. Но я тогда о собирательстве не помышлял совершенно. Какое собирательство? Что вы, абсолютно… Я был настроен на две вещи: на свою практическую художественную деятельность, потому что я всё-таки был достаточно известным и, я бы сказал, умелым — вот так, слово правильное — дизайнером.