Детство и юность моего отца, Михаила Тимофеевича Калашникова

Он из простой семьи. Жили в Харьковской губернии, где их раскулачивали. У которых было 17 человек детей. Михаил Тимофеевич был 18-ым. После него ещё один там родился. И эту раскулаченную семью перевезли в Сибирь. Но самое-то поразительное – как-то уже на последних годах он мне сказал: «Ты знаешь, а я только сейчас понял, что Сталин был прав, когда раскулачивал семьи. Он же туда вывозил рабочих крестьян, не дармоедов. И они поднимали Сибирь. Они поднимали сельское хозяйство там – на лошадях, на конях, руками, ногами. Мы же все были рабочими». Вот так. Это такой был труд. Постоянный труд. Там не было достатка. Но там все трудились. Он сбежал. Он просто взял и сбежал. Сбежал из этой деревни, куда-то туда в Барнаул. От Барнаула – деревня Курья. Он когда туда прилетел, тоже без паспорта, без всего. Паспорт ему дали, когда началась война. Вот когда началась война, всех призывали, а у него бумажка, что он к какому-то там сельскому хозяйству, колхозу или ещё что-нибудь. Вот тогда ему дали паспорт. А то, что только фронтовик – я знаю, что он попал в танковую дивизию, по всей вероятности – крестьянин, трактор же водили все. Трактористы. Он был танкистом. И где-то в Брянске в 41-ом году, я не помню, какой это точно месяц – то ли август, то ли сентябрь – танк подбили. И он, как бы, был парализованный, оглушённый, вышел из этого танка, все остальные погибли.