Владимир Емельянович Бойцов. Потребность страны в уране

Я говорю про года, когда Бойцов в цвете: он доктор наук, он пришёл сюда к нам, во МГРИ. А в МГРИ – история такая интересная. Начнём с урановой геологии. Потому что Бойцов – геолог-уранщик, и это стратегическое сырьё до сих пор. И каждая страна хочет найти много урана. А тогда уж очень много все хотели найти. И когда начался проект урановый? Он начался в 1943-м году. Причём у Бойцова на эту тему есть тоже публикации. Ну, я могу ошибаться на год, но, по-моему, 1943-й год. Это Берия, начальник этого проекта, а Курчатов – исполнитель главный. И первое – найти уран для атомной бомбы. А в 1939-м году Энрико Ферми сделал уже атомный реактор, работал этот самый реактор, он уже работал, мы догоняли. Фашисты в 1945-м году уже имели фаустпатроны. И они этого ракетчика взяли, у них своя ракетная система от этого фашиста. Но у них не было урана. К 1945-му году Гитлер, заплатив хорошие деньги своей очень мощной науке, Германия на подъёме, безусловно, при фашистском гитлеровском режиме, и они оценили запасы урановой руды всей Европы в 500 тонн. А месторождение в 500 тонн было тогда месторождением маленьких запасов – 500 тонн урана. Только из одного месторождения Нидершлёма-Альберода – 97 или 93 тысячи тонн. Советские геологи. Бойцов был тогда геологом, потом старшим, потом – начальником геологоразведочной экспедиции в Чехии. Кандидатскую он защищал по чешским месторождениям. Там Рудные горы – очень интересный регион. Там с 15-го века всё изрезано горными выработками, всё изучено, всё хорошие обнажения. И там добывали серебро. Гульдены вот эти вот, серебро. И жилы были серебряные, жилы – это линейное тело, круто и пологопадающее, вот такое, плоское. Там, значит, есть карбонатный материал, сульфиды. И именно с этими структурами жильными связаны были урановые месторождения, в том числе и то в Чехии месторождение. Просто там в разных они вмещающих породах были. Ну, можно долго рассказывать. Это очень интересные рассказы все. И наши геологи открыли это месторождение. 1945-й, 1946-й, 1948-й и 1949-й. В это время Бойцов там был как кандидат наук, а потом на материале уже обобщающем и Чехию, и Германию Восточную, там ещё стратиформные месторождения отрабатывались… В общем, там, по-моему, взяли больше трёхсот тысяч тонн урана. Вот из этого чешского срединного массива, с этой Восточной Германии, с Рудных гор, ну, и впадин. Там много месторождений урана было во впадинах. И Бойцов, будучи молодым доктором наук, потому что если он 24-го года, то 1965-й, 66-й год, 67-й, значит, считайте, 50 с чем-то лет – 52. Он молодой, он красивый, у него прекрасные вьющиеся волосы. Он физически такой крепкий, ну, мужчина, да, в соку. Он очень вёл великолепно столы, просто великолепно, и никогда не был замечен в таком состоянии пьяном. Но вёл эти все застолья – публика от него была просто в восторге. И не только женская: и молодёжь, и все. И это тоже надо отметить: он такой был жизнелюб. И это и охота, и это и рыбалка. Значит, Бойцов – аспирант, потом кандидат наук, по Чехии, по Германии. В общем-то, везёт, потому что, да, геология, да, шахтная, да, в обнажении, да, керны, да, надо работать, надо прогнозировать. А он мудрый руководитель, и это очень хорошо. Там ведь условия работы за границей тогда были такие. Да, там чуть побольше платили, да, там, жизнь всё равно была получше, чем в Советском Союзе, заметно получше. Но там были очень требования жёсткие по такому политическому, этическому поведению.