Как мы выживали

Старшая сестра в основном занималась домом, готовила, а мама работала конюхом. А у председателя райисполкома Щёголева – такую фамилию хорошо запомнила – была корова, они просили маму ездить на сенокос. Она уезжала на две недели, косила там у них, а мы оставались одни. Моё дело было по хозяйству: поехать на лошади, накосить сено и привезти, а сестра всё по хозяйству делала: обед готовила, печку топила. А моё дело – дрова колоть и пилить. И когда надо было дрова брать, мы ездили, воровали сухостой, вот прямо говорю, что воровали: ночью луна светит, а мы с мамой пилим это дерево с корня. Потом, когда распилим по частям, где-то метра по полтора, их надо было уложить на сани. Зима была, и она: «Валюшка, давай на попа». Я: «На какого попа?» А на попа – это они в деревне называют, когда брёвна ставят стояком и потом сваливают на телегу. И вот мы это всё дерево перевезём домой, всё распилим на чурбаны, и она всё расколет и спрячет – иначе тюрьма. Поэтому у меня и плечи были, и фигура-то мужская: на мне была вся физическая работа в доме.А брат же меньше меня был. Он какой-то, не знаю, он ничего не делал. Мама его так любила. Не дай бог обидеть его или ударить – всё, получишь как следует. И всегда, если я куда иду, он за мной бежит. Говорю: «Я не хочу его брать». – «Ну-ка возьми, ещё чего! Чтобы взяла с собой!» И так он со мной ходил, даже уже взрослый. Когда я приезжала в Ленинград, мы с ним всё время вдвоём: и в лес, и повсюду. Он любил мне рассказывать стихотворение Тютчева, но я его здесь не скажу – хулиганское. Потому что идём, а там люпины кругом – так красиво! 7 километров надо было идти за земляникой. Быстренько с ним наберём земляники, назад на попутках ездили. Всё время собирала там землянику.Потом меня вот этот Щёголев, председатель райсовета-то нашего, они когда переезжали, они меня взял с собой, чтобы я пасла их корову. Это в Людиново. Я там ходила, чтобы корова привыкла к стаду. Ну и сидела у них и до этого с их Ниночкой, ребёнком – такая девочка красивенькая была, и всё время нянчилась. И как-то у них и пообедаю. Всё время трудилась, как себя помню, всё время трудилась. И вот в колхозе я у них 10 дней прожила, потом стала плакать. – «Ты чего?» – «Соскучилась по маме». Но меня уже отпустили. Корова привыкла, а я к ним не привыкла, и меня вернули домой.