Побег в Ленинград

Однажды пришли, хозяйка плачет и мужу говорит, вот что-то у него с телегой случилось, и он не довёз вот этот воз сена в расположение какой-то воинской части. Она говорит: «Вот поедешь…» Он один остался, кто не привёз это сено, не доставил в место назначения, и говорит: «Вот упадёшь прямо в лапы к немцам. Ещё здесь питерских ребят привезли, а в Ленинград, вот, может быть, уже вошли туда немцы, фашисты – привезли их сюда». И плачет, уголком платка вытирает слёзы. Я решила бежать. Я бежала. Договорилась с хозяином, вот куда я ходила, и Костю позвала с братиком его. Он должен был отвезти сено. Куда? К станции. Где-то в направлении станции. Но ведь нас доставили на поезде, а потом уже на каких-то подводах, ещё, мы пришли в эту деревушку. Я не помню название этой деревушки, помню только одну станцию, которая называлась Любытино. Так и было. Но ко мне ночью, когда я вылезала в окно, присоединилась какая-то девочка, я её не знала, и сказала: «Ты куда?» Я ответила: «Домой, в Ленинград». – «Почему? Как это? В Ленинград войдут фашисты». А я уже знала и слышала о том, что на оккупированных территориях… Значит, да, на воз этот посадил нас хозяин, и мы поехали. И в один прекрасный момент какой-то звук, мне не рассказать, не сказать, какой-то громкий, как будто что-то гигантское такое лопнуло что ли, такой звук был – и воз покосился на бок, и мы скатились с этого воза. Мы увидели, что нам навстречу шла машина, чёрная такая машина, вышло двое мужчин, стали так разминаться, раскинули руки, вот как папа делает. И я, было понятно, что придётся дальше уже идти пешком, потому что страшно ругался этот муж хозяйки, страшно ругался. Девочка осталась плакать, звала: «Пойдём обратно». Я сказала: «Нет, я пойду на станцию!» – и пошла. И всё смотрела на этих мужчин. И вдруг один из них пошёл по направлению ко мне. Знаете, и я почему-то к нему и потом побежала – это был папа! Вы не представляете, что со мной было, это было, это было такое счастье… В общем, на этой машине мы вернулись. Очень папа торопился. И по доверенности взял мальчика. А Костю с братиком ему не отдали, потому что доверенности не было. И вот на этой чёрной машине – «эмка», в городе мы назвали «эмка», такая же она была или нет, не знаю, но, в общем, чёрная машина. Очень хорошо помню. Доставили нас с этим мальчиком, и со мной папа, там он распрощался и очень благодарил этого человека. Мы сели в поезд и так я прибыла в Ленинград.