Возвращение домой

Мы приехали в шинели и в форме. Я три года на работу ходила в шинели и ходила в форме. Мне нечего было обуть, мне нечего было надеть. Была мама, которая в годы войны – недоедание и прочее, – уже сгорбилась. Потом, когда я приехала, фронтовики получали три месяца обеспечение, по приказу. Значит,  нас отоваривали три месяца по карточкам полностью. Ну, ничего не скажешь, всё было. Там и крупяные изделия, и масло подсолнечное. 600 грамм хлеба мы получали. А мама получала 300 грамм хлеба. Вот вам, пожалуйста, сопоставление. Как можно питаться? Я когда вернулась на фронт, значит, мама была, брат, он намного был старше в то время и, значит, была я. Я получала 600 грамм хлеба, мама получала около 400 грамм хлеба. Мы ели хлеб через день. Потому что есть нечего было. Я неделю пробыла дома, отдохнула, от этого всего. Потому что месяц целый, дома находилась, и мне снилась война. Я соскакивала с кровати, мама, бывало, подойдёт, скажет: «Доченька, ты дома, дома, успокойся, дома». Вот, понимаете, какая была нервная система. Мы через день с мамой ели. Не хватало хлеба. Вот, и мама ходила в районы, меняла. Выменяет пшенца или чего. Если сварит супчик, заправленный лучком, поджаренный на подсолнечном масле, так это благодать была: «Ой, сегодня суп!» Вот, как то время пережили. Но выжили. И в войну выжили, и это выжили. Вот так.