Ну, я думаю, что всё-таки великим в данном случае человека делают масштабы страны и процессы. Неважно, кто освободил миллионы людей из лагерей и повернул вот этот процесс, который привёл нас — я не знаю — к радости или к беде, к развалу хорошему… Ну, будем говорить: процесс мирового, исторического масштаба. И, конечно, человек, который стоял у руля, не мог не быть великим. Он же крутил этот руль. А потом, я вам скажу: великие — разные бывают. Ну, например, тот же Иван Грозный. Безусловно, великий человек, хотя с минусом. Личность. Я сейчас говорю про масштаб личности. Или какой-нибудь там, не знаю, крёстный отец — тоже великий человек. А Медичи? Вот. Это всё — великие люди. Конечно, я не сравниваю интеллект Медичи, предположим, и Хрущёва, культурный интеллект. Но — владеть такой страной… Я даже скажу: быть при Сталине, плясать гопачка и в то же время ненавидеть его, и обмануть его, прикинуться дурачком. Вот почитайте, что о нём Тито пишет, как Тито рассказывает про него — что его всерьёз никто не принимал. Это великая школа лицедейства была. Он и актёр был великий, понимаете? Так что великий — в этом смысле. Это была великая личность. И то, что он сделал — это, безусловно, великий шаг. Я вам скажу, он там топтал нас, там ещё что-то было. Или там страшные какие дела были у него с Жуковым — когда они в Сибири рванули атомную бомбу, чтобы посмотреть, что с людьми будет, и чтобы потом завоевать Америку. Это — преступление. Но в то же время преступников у нас было много за 70 лет. А один человек открыл лагеря. Так что, конечно, это плюс. И тем более, я говорю: ему, будучи в этой номенклатуре, будучи волком, сделать такой шаг… Вопроса нет. Вопроса нет.