Сказать откровенно, я подробностей не помню. Может, оно так и было. Был занят другим. Вы знаете, главный вопрос был какой. Я допускаю, что решение принималось не только одним Хрущёвым. Решение принималось Центральным комитетом — нашей высшей директивной инстанцией. А как иначе могло быть? Не допускают. Кто-то мог возражать, но, знаете, после драки кулаками размахивать... Ну а если бы началась война, пустили бы в ход ракеты и ядерное оружие — это что, было бы лучшее решение? Я всегда могу сказать оппонентам: они вот этого не учитывают. Неужели мы уже дошли до того, чтобы ва-банк, закрыв глаза на всё, принести на алтарь нашей войны собственные судьбы? Ну, о личной судьбе я не говорю — страна, народ. Нет, это не годится.