Китайские товарищи задали перца!

Вот после переговоров с Мао Цзэдуном он говорит: «Ну что, теперь надо будет по традиции сесть за стол», — где был Чжоу Эньлай. В пекинском отеле, пекинский ресторан. Это самый традиционный, изысканный. И для европейцев хорош, и для китайцев. Ну, конечно, был китайский стол. У меня есть фотографии. Цветная фотография: «Мы с Мао Цзэдуном чокаемся». Я так попал в этот кадр — удивительно просто. Мы с ним вот так вот чокаемся. Прекрасное застолье. Мао Цзэдун вёл себя отменно, шутил. Рядом слева у него сидел Хрущёв, справа — Булганин. И все остальные — за круглым столом. Чжоу Эньлай был вторым хозяином. Мао Цзэдун говорит: «Ну что, давайте поговорим. Это всё-таки китайский стол, а европейцы не все. Вот я, например, пью зелёный чай. А некоторые европейцы не любят зелёный чай — разница вкусов. Мы, китайцы, едим много риса и почти не едим хлеб, а европейцы едят много хлеба и очень мало риса. Ну, знаете, разница вкусов». Когда выпили, Мао Цзэдун взял из своей чаши листья зелёного чая — и закусил ими. Никита Сергеевич говорит: «Первый раз вижу, чтобы маотай, крепкую водку, можно было закусывать листьями, чайными». А Мао отвечает: «Знаете, вот в этом тоже разница вкусов. Европейцы так, китайцы — так. А нам нравится. Вот видите — я ем». И действительно, вот так взял прямо пальцами. Булганин говорит: «Ну, так это стоит того, чтобы мы скрестили наши бокалы». Скрестили, выпили маотай — градусов 70 или 80. Когда выпьешь — так отдаёт в пятках, как лава, как магма. Хорошо, мне не нужно было — я был застрахован, я переводил, мне не надо было пить. А так я знаю этот напиток... Ну и Булганин, конечно, быстро. После этого Мао Цзэдун говорит: «Знаете что, вот я сторонник красной партии, поэтому ем красный перец. Я за партию красного перца». Шуточный застольный разговор. «Вот видите, как я — смотрите, вот я прямо вот беру...» — и вот так берёт тёртый красный перец и ест. Тогда Никита Сергеевич говорит: «Ну что же, это он нам преподаёт урок перечный. Может, мы как-нибудь сможем?» Тогда Булганин говорит: «Так это я пожалуйста, сейчас вот». Мао Цзэдун даёт ему эту чашу, он берёт этот перец, ест — и теряет дыхание. Это очень острый перец. Он закашлял, слёзы пошли. Тогда Микоян или кто-то был рядом говорит: «Выпей, запей — всё пройдёт». Он хватанул этот маотай — и стало ещё хуже. Ну что, представляете — острый красный перец, да ещё маотай 70–80 градусов. Он откашлялся. А Никита Сергеевич говорит: «Ну что, кто кому задаёт перца? По-моему, китайские товарищи нам хорошо задали перца». Ха! Тогда Булганин говорит: «Ну, мы тоже…» — и после выпитого уже раскраснелся, уже чувствует, что воротник ему маловат. Говорит: «Да я... Да мы...» Вот так.