Последний звонок Хрущёву

Видите, уже прошло несколько лет, и я встретилась у одних друзей с Борей Жутовским, которого знала раньше. Ещё там была молодая женщина — его тогдашняя жена, но она очень скоро погибла в автомобильной катастрофе. Она работала в какой-то редакции, был какой-то журнал, кажется, для зарубежья. И там с ней вместе работали дочери Хрущёва — покойная Елена и ещё одна, вот. Я с ними встретилась через несколько лет в знакомом доме. И в общем разговоре как-то дошло до того, что они очень часто бывают у него, встречаются, и что он очень живо реагирует на все события литературной жизни, и вообще жизни нашей интеллигенции. Они говорили, что он часто повторяет: «Меня неверно информировали, и я там допустил какие-то оши.:.»: И_ сказали: «Вот как было бы хорошо, если бы вы с ним встретились». Ну, я думаю — с радостью бы встретилась. Почему бы и нет? Это было где-то в конце апреля, может быть, в самых первых числах мая. Подходил День Победы, и я решила — мне дали телефон на дачу к нему — я позвоню и просто поздравлю его с этим днём. Может, ему это будет в какой-то мере приятно. Я позвонила, подошёл женский голос. Я попросила Никиту Сергеевича. Мне ответили: «А кто это спрашивает?» Когда я назвала себя, женщина сказала, что это Нина Петровна, и что Никита Сергеевич вышел, к сожалению. Потом добавила: «Может быть, я пошлю за ним? Вы можете подождать». В общем, она как-то так беспокоилась, хотела уладить. Я сказала: «Да нет-нет, что Вы, не нужно его беспокоить. Просто передайте от меня самый тёплый привет и поздравление с Днём Победы, который мы все празднуем как праздник каждого из нас — и каждого дома, и каждой семьи, и каждого человека, независимо от того, чем он занимается». Она меня очень благодарила. Вообще, мы с ней поговорили по-женски, и на этом всё кончилось. Больше я не звонила, никаких разговоров больше не было. Мне потом передавали, что когда к обеду приехали дети, и Нина Петровна сказала, что я звонила, он сказал: «Ах, унёс меня чёрт на огород, поговорили бы хорошо». Меня эта реплика очень тронула. Я её помню — как видите.