Господи, Боже мой… Оно было закрыто, но всем стало ясно уже буквально через несколько дней. Потому что это было прочитано на закрытых собраниях в Компартии. Там было написано «секретно», но это скрыть было невозможно. А кроме того, наверное, многие люди слышали по радио. А мы — я даже не помню, каким образом мы узнали… Но вот то, что Сталина стаскивали с постамента — это я видел собственными глазами. Так что сомнений в этом уже быть не могло.